У страха — глаза велики. Именно такими словами можно охарактеризовать состояние правящей администрации Украины, которая дико боится всплеска народного негодования. Причин тому много — война на Донбассе, постоянный рост цен на продукты и одежду, новые платежки за услуги ЖКХ, которые уже успели окрестить «космическими» etc.

Политико-экономический шпагат

По сообщениям украинских СМИ, 15 ноября полиция Киева получила около 10 заявок на проведение массовых акций, а организаторы заявили количество участников от 5 тысяч до 50 тысяч человек. Полиция перешла на «готовность номер один», украинские телеканалы по сигналу из Администрации президента и МВД развернули кампанию по дискредитации митингов, обвиняя протестующих в реализации якобы «кремлевского плана Шатун», но… протестная волна схлынула, едва начавшись.

Какие силы стояли за митингами в столице Украины, как протестные акции закончились, не успев начаться, и почему украинцы в своей основной массе оказались пассивными и инертными? — тема отдельного разговора.

Пока что украинская власть выдыхает, перепугавшись знаменитого плана «Шатун», который изобрели пиарщики Администрации президента Украины, чтобы обвинять участников массовых митингов и вообще каждого, кто недоволен жизнью, в работе на «руку Кремля».

Невероятно, но факт! Тема протестов против высоких коммунальных тарифов расколола даже официальную парламентскую оппозицию в лице фракции «Оппозиционный блок» (проект Сергея Левочкина Рината Ахметова Юрия Бойко Виктора Медведчука) в Верховной Раде.

Источники сообщают, что на решающем совещании «Оппозиционного блока» Борис Колесников (народный депутат прошлого созыва, политическое лицо бизнес-империи Ахметова и «премьер оппозиционного правительства») сообщил, что главный акционер его группы в лице Рината Ахметова выступает категорически против антитарифных митингов протеста. Поэтому Колесников потребовал, чтобы другие группы влияния тоже отказались от акций — как финансово, так и в плане информационной поддержки. Логика понятна: сам Ахметов — владелец ряда ТЭС и облэнерго, включая столичную «Киевэнерго». То есть, основной бенефициар высоких коммунальных тарифов, вызвавших народное негодование. В результате, получился забавный шпагат — олигарх является одним из спонсоров официальной парламентской оппозиции, но требует от оппозиции не выступать против решений власти.

Но «участники оппозиционной концессии» так и не пришли к консенсусу. А потому пошли разными политическими дорогами.

Ляшко all inclusive

Не добившись желаемого на «совете директоров» политического проекта «Оппозиционный блок», люди Ахметова «пошли другим путем». Они смогли мотивировать владельца Радикальной партии Олега Ляшко, поставив перед ним задачу — максимально дискредитировать политиков, которые поддерживают протестные митинги. В том числе, политиков, представляющих «Оппозиционный блок», начиная с народного депутата и сопредседателя фракции Юрия Бойко.

Ляшко, недолго думая, включился в процесс, прямым текстом обвинив во время Согласительного совета в понедельник, 14 ноября, Бойко и Сергея Левочкина (экс-глава Администрации президента при Януковиче, народный депутат и совладелец проекта «Оппозиционный блок») в работе на Кремль. Сам Бойко в ответ сразу же накинулся на Ляшко с кулаками. Спустя несколько дней, в пятницу, 18 ноября, в эфире «канала 112» сам Юрий Бойко подтвердил версию, что Ляшко нанял один из украинских олигархов: «На самом деле, последние 5 лет он находится на содержании у крупных бизнесменов, получает от них деньги, выполняет задачи. В том числе, и сейчас он так делает. Он получает от крупного бизнесмена … одного из крупных бизнесменов деньги и отрабатывает задачи. Скорее всего, поставлена такая задача». Когда ведущий напрямую спросил «Вы имеете в виду Рината Ахметова?», Бойко опровергать эту версию не стал. Но красиво ушел от ответа, сказав: «Я в эфире этого говорить не буду. Они подали заявление в полицию о возбуждении уголовного дела в отношении меня. И я как честный человек на допросе в полиции скажу, сколько он получает, кто его финансирует и за что».

«Но вы сейчас не сказали, что это не так», — резюмировала вторая ведущая.

Мониторинг СМИ за последние две недели подтверждает версию, что Ляшко развернул наступление по всем фронтам. Уже 15 ноября Ляшко устроил громкий и феерический скандал в Верховной Раде, родив интернет-мем «охранник Медведчука». А 21 ноября, прикрываясь датой годовщины Майдана (в украинском языке есть хорошее слово «роковини», означающее дату смерти или похорон), люди Ляшко «засветились» во время попытки нападения на офис Виктора Медведчука в районе площади Льва Толстого в Киеве. В частности, камеры наблюдения четко зафиксировали, что нападавших координировал, в том числе, народный депутат Игорь Мосийчук из фракции Радикальной партии Олега Ляшко.

Вперед по граблям

Ляшко, завопивший о «руке Кремля» на заседании Согласительного совета ВР, прав лишь в одном: Бойко — один из немногих украинских политиков (а всего их можно пересчитать по пальцам одной руки), кто сохранил нормальные отношения с российским бизнесом и чиновниками. И в этом плане существует еще одно измерение раскола среди парламентской оппозиции — внешнеэкономическое. Советникам Ахметова и Колесникова стоило бы указать своим патронам на риски, когда они натравливают «вольных радикалов» на фигуры такого масштаба. Дело в том, что Ахметов и Колесников — владельцы серьезных активов на территории России. Что касается способности решать рабочие вопросы, то влияние и первого, и второго не сравнится с возможностями Бойко, не говоря уже о Викторе Медведчуке.

В частности, российский экономист Валентин Катасонов в книге «Украина. Экономика смуты, или Деньги на крови» так характеризует активы Ахметова в России: компании олигарха ДТЭК (Донецкая топливно-энергетическая компания, крупнейшее энергетическое предприятие в Украине) принадлежат три угольные шахты и одна обогатительная фабрика в Ростовской области.

Если верить открытым источникам, история активов Ахметова в России началась еще в 2012 году. Именно тогда компания ДТЭК, подконтрольная Ахметову, купила у компании «Ростовский антрацит» три шахты и обогатительную фабрику.

Кстати, сам «оппозиционный премьер» Борис Колесников начал приобретать и развивать российские активы еще раньше своего «главного акционера».

К примеру, если неподготовленный человек окажется в Курске, то ему может показаться, что на самом деле он — в Донецке. Логотип компании «Конти» в Курске бросается в глаза повсюду — с бигбордов, витрин магазинов и бортов грузовиков, проносящихся мимо. Компания Колесникова еще в 2004 году вышла на рынок России, когда приобрела Курскую кондитерскую фабрику. Сегодня же АО «Конти-Рус» владеет целым комплексом производственных мощностей (логистический комплекс, производственно-административный корпус, запуск новых линий на Курской конфетной фабрике и т. д.), постоянно наращивая производство.

Налетай — подешевело!

Провоцирование политических конфликтов — не лучший ход со стороны украинских олигархов. Собственно, сегодняшние проблемы «участников концессии» в лице Ахметова и Колесникова можно разбить на несколько групп:

во-первых, непонятный статус активов Ахметова и Колесникова на территории самопровозглашенных ДНР и ЛНР. Как свидетельствуют источники, компании пока что по-прежнему числятся на балансе украинских олигархов. Пока что;

во-вторых, нестабильный статус активов на территории РФ. Скажем, любой российский рейдер, в смысле, специалист по недружественным слияниям и поглощениям, будет с разным интересом смотреть на фабрику, чей владелец находится в хороших отношениях с властями. И совсем с другим интересом — на прибыльный актив, когда у владельца возникли проблемы по политической линии. В качестве примера можно привести историю того же российского бизнесмена Михаила Гуцериева, который в результате подобной ситуации был вынужден расстаться с принадлежавшей ему компанией «Русснефть», вернув контроль над нею только в 2010 году после длительной судебной войны;

в-третьих, предприятия Ахметова на территории Крыма могут служить печальным примером. Российские власти национализировали «Крымэнерго» Ахметова и сегодня его статус — государственное унитарное предприятие Республики Крым.

«На сегодняшний день информации о проблемах работы российских предприятий Ахметова нет», — сообщает одно из украинских изданий в материале о собственности украинского бизнеса в России. Ну, что же, как говорил персонаж известной советской комедии, — «будут!».

Война на Донбассе уже привела к тому, что Ринату Ахметову пришлось переместить свои управляющие компании из Донецка в Запорожье и Кривой Рог (например, Corum Group). Сделав ставку на «управляемые конфликты» внутри оппозиции, украинские олигархи не подумали, что в угоду сиюминутной выгоде ставят под удар свои активы в РФ и ДНР-ЛНР. И если не задумаются, что называется, «в процессе», то их активы рискуют перейти в категорию «очень проблемных».

А ведь статус проблемного актива — это удар по цене. Не говоря уже о самых жестких случаях, когда вопрос о цене вообще не будет ставиться, потому что не будет ставиться вопрос о переходе в другие руки путем покупки. Достаточно актуальная проблема для Рината Ахметова, чья компания ДТЭК весной этого года заявила о планах продать две шахты из трех — «Шахтоуправление «Обуховская» и «Донской антрацит», находящиеся в Ростовской области (РФ). Генеральный директор ДТЭК Максим Тимченко пояснил такой шаг стремлением холдинга снизить долг перед кредиторами, чья сумма на тот момент составила $ 436 млн.

К слову, информированные источники считают, что именно неразумное поведение — настоящая причина того, что в ноябре Федеральная миграционная служба отказала Борису Колесникову в разрешении на въезд в Российскую Федерацию.

Поэтому украинским олигархам, владеющим производственными активами в РФ, лучше всего вести себя максимально культурно и тактично. Чтобы на территории Украины и России не зазвучал базарный призыв «Налетай — подешевело!»

Сергей Соколов, специально для Eadaily (Киев, Украина)

25.11.2016

Источник: eadaily.com

План «Шатун» — это меморандум МВФ: что получит Москва от хаоса на Украине?

Речь президента Украины Петра Порошенко, в которой он принёс извинения за очередные «временные трудности», многие сочли за признак паники и предвестник очередных «покращений» (нынешнего президента Украины не подозревают в наличии совести, кажется, даже его сторонники) — и в данном случае они были целиком правы. Миссия МВФ, закончившаяся 17-го ноября, привезла в Киев не основания для оптимизма по поводу очередного транша, который Украина уже очевидно не получит до конца года, а длинный список требований крайне неприятного свойства.

Во-первых, и это ключевое положение, от администрации Порошенко требуется провести пенсионную реформу. Ещё 3 октября глава миссии Рон ван Руден заявил, что дефицит Пенсионного фонда Украины достиг неприемлемой величины в 6% ВВП, что неизбежно предполагает «широкий пакет пенсионной реформы, который рассматривал бы не только повышение пенсионного возраста, но и ужесточение возможностей досрочного выхода на пенсию». Под ужесточением в данном случае понимается полная ликвидация этих возможностей для всех, кроме военных. Вряд ли стоит уточнять, что это означает прямую атаку на интересы наиболее проблемных в смысле массовых организованных протестов профессий (шахтёры, металлурги и т. д.) и одновременно — на МВД.

Во-вторых, это требование «привести темпы роста оплаты труда в соответствие с темпами роста производительности», при этом экспертами МВФ была прямо названа цифра, которую фонд считает достаточной для минимальной заработной платы — 2500 гривен, что никак не стыкуется с её анонсированным повышением до 3200 грн. Иными словами, Порошенко предложено пополнить список своих невыполненных обещаний ещё одним.

В-третьих, Киеву, согласно МВФ «необходимо ещё некоторое время» для принятия бюджета-2017 «в соответствии с программной целью — сохранением финансовой стабильности», при этом «дискуссия будет продолжена». В переводе это означает недовольство фонда параметрами бюджета-2017 в его нынешнем варианте.

При формальном соблюдении требований МВФ (дефицит 3% ВВП) его доходная часть изобилует откровенной фантастикой, а расходная — избыточными, по мнению фонда, социальными обязательствами.

Начнём с того, что он исходит из роста ВВП в 3%, в то время как фонд считает вероятным 2,5%, о чём Киеву напоминают десятью строчками ниже. Инфляция, по мнению составителей бюджета, должна упасть за год вдвое, в то время как НБУ должен перечислить в бюджет 41 млрд. грн., что фактически означает эмиссию. При этом с 1 января вступает в силу новое законодательство, согласно которому Нацбанк может перечислить лишь 31 млрд. Как пример ещё более очевидного надругательства над здравым смыслом — в бюджет заложено 17,1 млрд. гривен доходов от приватизации, ровно столько же, сколько и в бюджет этого года. Проблема в том, что фактические доходы от неё на середину ноября составили… 0,45% от запланированного, а один из ключевых активов — Одесский припортовый завод — приватизация которого уже один раз провалилась из-за явно завышенной начальной цены, намерены удешевить в глазах потенциальных инвесторов ещё больше, удвоив ренту за транзит аммиака.

Ещё 10,5 млрд. приходится на спецконфискации — с которыми в 2016-м дело обстояло ещё хуже (фактический доход на конец сентября составил… 149 тыс. грн., что примерно в шесть тысяч раз меньше, чем расходы на антикоррупционную деятельность). Наконец, в бюджет заложено 86 млрд. грн. ($ 3,16 млрд.) внешних и 103 млрд. грн. ($ 3,8 млрд.) внутренних займов, при этом статья 17 предоставляет правительству возможность без согласования с парламентом в любой момент превысить лимит внутренних займов. В целом, доходы бюджета намечено повысить на 17%, что без соответствующей инфляции малореалистично.

В расходной части экспертов фонда не могут не впечатлять, например, почти $ 2 млрд. субсидий по оплате ЖКХ. В целом, Украина намерена больше потреблять (согласно бюджетному прогнозу, экспорт должен вырасти на фантастические 8%, в то время как импорт — на реалистичные 9,8%, при том, что торговый баланс отрицателен уже сейчас) и увеличивать госдолг. Иными словами, МВФ фактически предлагается бесконечно вкладываться в поддержание нынешнего уровня потребления Украины, который откровенно превышает возможности экономики. Это было бы возможно в случае критической заинтересованности в поддержании на плаву режима Порошенко; неприятная проблема состоит в том, что у администрации Дональда Трампа едва ли есть необходимость свято оберегать неудачный «проект» предшественников.

Иными словами, для получения транша бюджет придётся урезать и основные направления секвестра вполне очевидны. В итоге рейтинг нынешнего «гетмана» рискует перейти в область отрицательных чисел.

Наконец, МВФ вместо обтекаемых фраз прямым текстом требует «преследования и осуждения коррумпированных чиновников высокого уровня и изъятия доходов от коррупции». Практически это требование устроить погром внутри собственного «клана» Порошенко, ослабив его позиции как таковые и спровоцировав падение лояльности «кумовьёв». Хуже того, право на коррупционную ренту — это священное и неотъемлемое право украинской элиты, согласно неафишируемому местному варианту «Великой Хартии вольностей». Далеко не факт, что в случае реальной борьбы с коррупцией Порошенко не придётся столкнуться не с вялыми низовыми протестами, а с полноценным и хорошо оплаченным «народным гневом». Оба предыдущих майдана стояли за всеобщее, прямое и равное право элиты на грабёж бюджета и успешно отстояли старинные вольности. Отказаться от реальных достижений революции и предать её идеалы элита (особенно её новая «постмайданная» часть) откровенно не готова.

Иными словами, план «Шатун» действительно существует, и это — меморандум МВФ. «Загадочная» отставка Михаила Саакашвили с проклятиями в адрес Порошенко объясняется тем, что ему выгодно оказаться как можно дальше от власти в тот момент, когда она начнёт выполнять требования фонда (отсюда риторика по поводу центральных властей, посадивших Украину на иглу МВФ, при том, что сам одесский экс-губернатор сделал то же самое с Грузией). Действительно загадочным является, скорее, отсутствие других отставок. Впрочем, попытка Юлии Тимошенко инициировать процедуру импичмента достаточно показательна.

Может ли Порошенко отказаться от внешнего финансирования? Теоретически ситуация выглядит гораздо более оптимистично, чем в 2015-м. Даже с учётом весьма творческого подхода Укрстата к предмету своей деятельности, экономика если не показывает слабый рост, то в любом случае достигла дна. Ситуация с ЗВР выглядит намного более благополучной (в начале 2015-го они сократились до почти символической суммы — порядка $ 5 млрд).

Однако неполучение транша МВФ означает сжатие и без того невыполнимой доходной части бюджета и начало сжатия ЗВР (напомню, торговый баланс отрицателен, а выплаты по госдолгу после локального минимума в 2016-м начнут расти), что приведёт к удорожанию займов. Иными словами, саботаж требований фонда автоматически означает либо секвестр бюджета, либо очередной виток инфляции и девальвации гривны с соответствующим ростом стоимости обслуживания госдолга. При этом внешняя конъюнктура, уже преподнёсшая Украине неприятный сюрприз в виде резкого подорожания угля, может оказаться гораздо неблагоприятнее, чем полагают на Банковой. Иными словами, Украина собственными незаурядными усилиями оказалась в ситуации, когда непринятие непопулярных мер обещает едва ли более популярные меры. Таким образом, перед нами классический цейтнот.

С очень большой вероятностью администрация Хиллари Клинтон смогла бы продавить МВФ на дальнейшую безусловную поддержку украинского режима; переворот на Украине был делом рук именно её команды (в неё входила, например, Виктория Нуланд). Однако для администрации Трампа выгодно «сдать» если не Украину, то, безусловно, персонально Порошенко. Официальное превращение «президента мира» в коррумпированное исчадие ада с последующим отстранением от власти решает для Трампа сразу несколько проблем. Во-первых, это дискредитация демократов (Бенгази 2.0.). Во-вторых, укрощение «ястребов» внутри Республиканской партии США, чьи геополитические амбиции явно не соответствуют финансовым возможностям их страны. В-третьих, как ни странно, укрепление прозападного вектора Украины. Порошенко предстоит исполнить роль «козла отпущения», ответственного за реформы под диктовку МВФ и АТО под диктовку Вашингтона, при этом политическое поле тщательно зачищено им же от хотя бы минимально пророссийских сил. Иными словами, риск смены вектора ничтожен. Вопрос лишь в том, как не допустить хаоса во время смены власти. При этом снижение военных расходов, составляющих сейчас 5% ВВП до приемлемого уровня автоматически решает основную часть бюджетных проблем.

Таким образом, требования МВФ — это официальный анонс политического кризиса на Украине. При этом маркером того, что на управляемый кризис дали «отмашку» в Вашингтоне, вероятно, послужит смена посла. Как только новые веяния оттуда достигнут сумеречного сознания украинской элиты, Порошенко постараются консолидировано свалить (второй вероятный кандидат на заклание — зять Кучмы Виктор Пинчук, «запятнавший» себя связями с семьёй Клинтон). При этом отставка автоматически означает для Порошенко расследование как минимум по делу о коррупции, при этом далеко не факт, что лондонский особняк станет для него безопасным убежищем.

«Гарант», очевидно, не склонен недооценивать серьёзность ситуации, что делает прогнозы достаточно затруднительными. Потенциально у нынешних украинских властей достаточно ресурсов для подавления протестов. Янукович объективно столкнулся с недостатком квалифицированных «карателей»; у Порошенко такой проблемы нет.

Что получит Москва от кризиса и возможной «перезагрузки» в Киеве? Очевидно, ей предстоит остаться пассивным наблюдателем; в оптимистическом случае бонусом станет возможность замораживания конфликта на Донбассе. Однако даже в этом случае минусом окажется стабилизация прозападного режима.

Тем не менее, в бедной и насыщенной оружием стране всегда есть риск, что ситуация «свалится» в хаос.

Евгений Пожидаев

24.11.2016

Источник: eadaily.com


get('twitter')) == 1) { ?>