В пропагандистских материалах всяких доку умаровых и им подобных лжецов чеченское экстремистское сообщество предстаёт в красивых тонах: там царит боевое братство, взаимовыручка и патриотизм.

…Реальность совсем другая. Жестокая и неприглядная. Но об этом экстремисты умалчивают, дабы не стращать молодняк, которому уготована судьба «шахидов».

О рае на небесах любят рассказывать молодым чеченцам арабские эмиссары, под которых их бравые чеченские подчинённые готовы даже подложить своих женщин. Сколько чеченок стали «временными жёнами» всякого террористического сброда, прибывавшего в республику с Ближнего Востока, и сколько чеченок подвергались издевательствам или же изощрённым методам психологической вербовки, прежде чем стать «живыми бомбами»!

Болгарская исследовательница Татьяна Дронзина подробно рассказывает об этом на страницах своей книги «Терроризма женский лик». Указывается, например, что неудавшаяся смертница Луиза Асмаева была насильно уведена в лес группой боевиков, которые принудили её делить с ними ложе. Позже она умрёт от полного истощения организма, попав именно в таком состоянии в руки правоохранителей.

Другие горе-террористки признавались на допросах, что подвергались сексуальному насилию и их заставляли принимать наркотики. Правда, автор уточняет, что к этой информации нужно относиться осторожно, так как иногда таким образом «живые бомбы» пытаются снять с себя ответственность, но, тем не менее, в крови некоторых из них, действительно, были обнаружены наркотические вещества.

Обращает на себя внимание и возраст погибших девушек при самоподрывах в различных местах. В большинстве анализируемых Т. Дронзиной случаев неудачных самоподрывов террористкам не было и 16 лет, причём самой младшей – 13. В таком возрасте взрослым мужикам ничего не стоит психологически сломить девушку, и заставить совершить преступление. Был случай, когда стать шахидкой заставляли беременную девушку!

Кроме того, большинство совершеннолетних террористок практически не обучались в школе и были безработными.

О том, что не все женщины желали отправиться на небо, говорит тот факт, что, например, чудом выжившая после теракта Зарема Инаркаева находилась под охраной МВД. Девушка осталась без отца (он умер в 1994 г.). Её сначала похитили, потом насиловали, и она опасалась мести со стороны боевиков.

Не очень-то укрывала от следователей всю информацию и Медни Мусаева, которой предложили воспользоваться программой защиты свидетелей. Девушка отказалась, не желая расставаться с семьёй.

Известная Зарема Мужахоева жила без матери (та её бросила). Отец погиб в пьяной драке. Мужа тоже убили свои же.

Взглянем на тех, кто участвовал в теракте на Дуброваке в 2002 году. У Зуры Бициевой отец – алкаш, и тоже умер в пьяной драке. Сёстры Хаджиевы имели проблемы с психикой, поэтому никогда замужем не были. Райман Курбанова вынуждена была развестись с мужем из-за своего бесплодия.

Зулихан Елихаджиева, подорвавшаяся на рок-фестивале в Тушино, вступала в половые отношения со сводным братом. Марем Шарипова, тоже взорвавшаяся в Тушино, вынуждена была сделать аборт, что чеченскими обычаями не одобряется.

Хава Бараева, совершившая теракт в Алхан-Юрте в 2000 году, тоже спала со своим двоюродным братом (возможно, речь об Арби Бараеве, который тоже приходился Хаве двоюродным братом).

Симптоматичен вывод Татьяны Дронзиной о том, что религиозный мотив не является главным при решении женщины пойти на совершение теракта.
Болгарская исследовательница утверждает, что, поскольку нет временного соответствия между совершёнными терактами и потерей близких в результате действий федералов, нельзя говорить о том, что женские самоподрывы – акт возмездия за убитых членов семьи. Поэтому среди террористок так много молодых и юных особ, а также людей с надломленной психикой в результате семейных травм или давления вербовщиков.

Олег Феоктистов

30.11.2012

Источник: segodnia.ru


get('twitter')) == 1) { ?>