История Варвары Карауловой легла в основу художественного фильма, который сейчас снимают в Чечне. По сюжету фильма в тюрьме находится совсем юная девушка, обвиняемая в терроризме. Она ждет суда и вспоминает, как влюбилась в случайного человека, который оказался вербовщиком террористов, и как уехала за ним на «джихад». Судье девушка рассказывает, что ее обманули, запугали, а потом предали.

Автор фильма — продюсер и композитор из Гудермеса Амина Оздамирова. По словам Оздамировой, она экранизировала историю Карауловой, чтобы понять причины, почему молодая девушка из приличной семьи вместо нормальной жизни выбрала «Исламское государство». Оздамирова хочет проанализировать причины, заострить внимание на этой больной для России и других стран проблеме и предотвратить подобные трагедии в будущем.

Интересно, что в конце апреля в интервью Первому каналу Варвара Караулова сказала, что не желает быть «той девочкой», которую вся Россия знает только по ее неудачному бегству в ИГ, хочет просто учиться, работать, отдыхать, общаться с родственниками.

Примерно в то же время девушка отказала в интервью и автору этих строк, сообщив через родственников, что «не готова отвечать на вопросы, особенно насчет ИГ и того, как я там оказалась». Спустя всего две недели Караулова поведала о своих амурных делах всей стране — в интервью Федеральному агентству новостей (ФАН). Оказывается, в мае 2015 года, когда имя Карауловой в одночасье стало нарицательным, она была замужем за джихадистами три раза. В апреле 2015 года завербовавший ее в ИГ Айрат Саматов, он же ее виртуальный «мусульманский муж», перестал выходить на связь, девушка решила, что он убит. Ее избранником стал боевик запрещенной в России «Джебхат ан-Нусры».

«Ну и когда одна из мусульманок в Интернете сосватала мне другого мужчину, мне уже было все равно. Я хотела отомстить и была готова выйти замуж за первого встречного. В итоге в апреле мы заключили брак… по „Скайпу“. И я уже готова была ехать к Надиру в Сирию, как тут снова объявляется Айрат», — поведала Караулова незнакомому ей раньше журналисту ФАН Аббасу Джуме.

По настоянию Саматова Караулова рвет с Надиром. И тут муж-вербовщик опять пропадает из виду. «Девушка, как она говорит, «из ревности» заключает третий уже виртуальный мусульманский брак — никах — и совершает свой ставший знаменитым побег в ИГ. Слушая рассказы Карауловой про ее виртуальные никахи с совершенно незнакомыми боевиками, которых она никогда в жизни не видела, сам Аббас Джума впал в недоумение, как такое вообще возможно. В своем телеграм-канале журналист назвал Караулову «очень странной девушкой».

Беседа Варвары с Джумой интересна еще и тем, что девушка в этом интервью сказала:

«Я считаю, что со мной поступили несправедливо. Я села потому, что история получилась слишком громкой и со мной не знали, что делать. Я не совершила никакого преступления, но меня посадили в назидание другим. Меня должны были лечить. Из положенного месяца лечения минимум я прошла только две недели».

Как это вяжется с тем, что свою вину девушка стала признавать уже во время следствия?

Осудили Варвару не за бегство в Сирию, а за то, что она, находясь на поруках у родных, возобновила контакты с террористами и снова хотела сбежать в ИГ, с целью чего сменила имя и документы. В этом девушка также призналась на следствии. В суде к ней обращались по новому имени — Александра Иванова. В недавнем интервью ФАН девушка, повествуя об этом, взяла свои показания и признания обратно, представив себя жертвой «игр ФСБ», следовательских подтасовок, журналистских спекуляций и неправосудного приговора. Караулова, как она говорит, осуждает терроризм и никого не вербовала. Но ее акцентирование на «руке ФСБ» в ее деле очень уж напоминает поведение побывавших за решеткой джихадистов, каждый из которых себя выставляет «жертвой режима»… И, возможно, в реестре ЕСПЧ скоро можно будет увидеть иск «Варвара Караулова против Российской Федерации». Аббас Джума прав. Варвара производит впечатление «человека-телевизора». Там щелкнул — показывает одно, переключил — совсем другое…

Караулова, к сожалению, не единственная россиянка, кто оказался в лапах ИГ. Таковых, если верить чеченским источникам, сейчас только в Сирии и Ираке находятся тысячи. Многие — с детьми, рожденными там же. Этим россиянкам повезло куда меньше, чем Варваре. Она отсидела неполных три года в родной стране — им же по законам Сирии и Ирака грозят куда большие сроки как пособницам боевиков и отбывать сроки придется в крайне жестких условиях сирийских и иракских тюрем.

Замысел Амины Оздамировой снять фильм о завербованных в ИГ девушках, безусловно, благороден. Другое дело, что из сотен таких женских судеб всей стране известна далеко не самая изломанная. У Варвары куда больше возможностей получить после тюрьмы образование и полную психологическую реабилитацию, чем у дочери простого дагестанского сельского учителя. В силу сугубо социальной составляющей. Ее отец Павел Караулов — известный человек в крупном бизнесе по системам информационной безопасности, бывший гендиректор группы компаний «Информзащита» и консультант зарубежных нефтяных компаний. Социальным фактором, скорее всего, и объясняется пиар вокруг Карауловой, ставшей всероссийской знаменитостью. Караулова — единственная осужденная по антитеррористической статье гражданка России, кому российская пресса оказывает столь повышенное внимание. Явно незаслуженное.

Артур Приймак

17.07.2019

Источник: eadaily.com


get('twitter')) == 1) { ?>