Бывшая житница и кузница с устоявшейся формой государственности в виде постоянного политического кризиса, которая с недавних пор граничит с Россией еще и на юге. К 25-летию своей независимости — отмечается 24 августа — Украина подошла с неопределенными госграницами, зашкаливающим уровнем бедности населения и туманными дальнейшими перспективами. Почему некогда одну из самых процветающих советских республик сами украинские политики сравнивают теперь со странами Африки?

 После СССР

Первый президент у Украины появился за восемь дней до распада Советского Союза. На выборах 1 декабря 1991 года за кандидатуру Леонида Кравчука проголосовали 61,6 процента избирателей. Уже 8 декабря он вместе с Борисом Ельциным и Станиславом Шушкевичем подписал Беловежское соглашение.

Первые годы существования государства ознаменовались обнищанием населения, а приватизация промышленности страны сопровождалась значительной коррупцией. Инфляция с 1992-го по 1994 год достигла тысячи процентов. Традиционными стали многолетние задержки заработной платы среди работников промышленности, учителей, врачей. Символ той эпохи — тележка «кравчучка», которая сменила советскую авоську.

Во внешней политике на первый план сразу вышли вопросы газа и флота. С 1992 года стала расти задолженность Киева по поставкам российского топлива. К февралю 1994 года долг Киева превысил 1 триллион рублей. Второй широко обсуждаемой темой стал вопрос Черноморского флота. В апреле 1992 года Кравчук также подписал указ «О переходе Черноморского флота в административное подчинение Министерству обороны Украины», то есть предъявил претензии на весь флот в Крыму. До 1994 года статус ЧФ оставался неопределенным, отношения военнослужащих были напряженными, доходя иногда до физического противостояния. Только весной 1994 года Ельцин и Кравчук подписали соглашение, согласно которому ВМС Украины и Черноморский флот стали базироваться раздельно.

В 1994 году, после двух лет беспрерывного экономического кризиса, в стране произошли крупнейшие шахтерские стачки. Это были самые масштабные протестные выступления 90-х. К ним присоединились не только горняки, но и работники других отраслей. При этом впервые были выдвинуты на первый план не экономические, а политические требования — восстановить отношения с Россией, дать Донбассу широкую автономию и отправить президента Кравчука в отставку. Власть была напугана, деморализована масштабом выступлений, и Кравчук назначил досрочные выборы, которые проиграл Леониду Кучме, сделавшему ставку на голоса пророссийских избирателей юго-востока и центра страны.

Экономическая ситуация на Украине при новом главе государства стала более стабильной, гиперинфляционный карбованец сменился относительно устойчивой гривной. В 1996 году приняли Конституцию, закрепившую за президентом широкие полномочия. Директор Украинского института анализа и менеджмента политики Руслан Бортник отмечает, что в первые годы правления Кучма действительно проводил курс на дружбу с Россией. «Это была попытка сохранить экономические связи с постсоветскими республиками, сохранить экономический потенциал страны, построить индустриальную, экономически развитую страну, которая как союзная республика до начала 1991 года входила в двадцатку наиболее развитых стран мира», — говорит эксперт.

На свой второй срок Кучма избрался во многом благодаря консолидации олигархов. После 1999 года список претензий к России стал даже шире, чем при Кравчуке, — возникли, например, проблемы с демаркацией и делимитацией российско-украинской границы. Наибольшую известность в этом смысле получил территориальный спор за остров Тузла в Керченском проливе (сейчас является частью Крымского моста). Вторым государственным русский язык Кучма вопреки обещаниям так и не сделал, именно при Кучме Украина провозгласила курс на интеграцию в Евросоюз и НАТО.

Под конец второго президентского срока Кучма написал книгу под названием «Украина — не Россия», ставшую определяющей для украинской государственности и украинского национализма. Правление второго президента завершилось первым украинским Майданом — «оранжевой революцией», когда в результате уличных акций протеста и давления западных дипломатов пост главы государства занял не победивший на выборах Виктор Янукович, а его соперник Виктор Ющенко. В ответ на киевские события в городе Северодонецке Луганской области в ноябре 2004 года прошел первый съезд депутатов всех уровней. В нем участвовали 3,5 тысячи делегатов из 17 регионов Украины. Участники съезда настаивали на федерализации страны и предложили создать Юго-Восточную украинскую автономную республику со столицей в Харькове путем выделения десяти областей в отдельный субъект. Практического развития проект не получил, однако уже тогда обозначилась линия разлома, которая стала очевидной десять лет спустя.

Оранжевое настроение

Пришедший к власти после «оранжевой революции» Виктор Ющенко уже открыто провозгласил курс на евроинтеграцию и вступление в НАТО, поддержал размещение ПРО США в Восточной Европе. В результате конституционной реформы страна из президентско-парламентской превратилась в парламентско-президентскую республику, в результате чего Ющенко вынужден был постоянно воевать с собственным правительством, которое возглавляли Виктор Янукович и Юлия Тимошенко. Итогом (в том числе этой политической борьбы) стало пятикратное за четыре года увеличение цены на газ для украинских потребителей. К концу правления Ющенко украинская экономика перестала показывать даже минимальный рост.

Незадолго до окончания президентского срока Ющенко с формулировкой «за несокрушимость духа в отстаивании национальной идеи, проявленные героизм и самопожертвование в борьбе за независимое украинское государство» присвоил Степану Бандере звание Героя Украины. Ющенко также отметился активной помощью Грузии в вооруженном конфликте в Южной Осетии в августе 2008 года. Известно, что Киев помогал Тбилиси тяжелым вооружением, готовил специалистов. Украина также грозилась заблокировать возвращение в Севастополь из зоны конфликта кораблей Черноморского флота, но сделать этого не смогла. Итогом правления стало уникальное достижение: в первом туре выборов в январе 2010 года Ющенко набрал 5,45 процента голосов избирателей, что в мировой истории является самым низким для действующего президента показателем.

Последним легитимным президентом Украины стал Виктор Янукович. С одной стороны, он попытался восстановить отношения с Россией. В 2010 году были подписаны Харьковские соглашения по продлению аренды пунктов базирования Черноморского флота РФ в Крыму на 25 лет. При этом, однако, украинская сторона настаивала на том, что Москва должна согласовывать с Киевом ввод в строй новых кораблей и заключать контракты на обслуживание только с украинскими судоремонтными предприятиями. В 2012 году Янукович подписал ключевой закон «Об основах государственной языковой политики». Вводилось понятие регионального языка — родного для более 10 процентов населения конкретного региона, в пределах которого такой язык мог использоваться наравне с государственным. Это было позитивно встречено в том числе и в русскоязычных областях Украины. Сразу после произошедшего зимой 2014 года государственного переворота Верховная Рада этот закон отменила.

В украинских СМИ широко освещалась коррупция Януковича, членов его семьи и команды. Символом грабежа стал золотой унитаз, якобы установленный в резиденции «Межигорье». До последнего момента Янукович не отказывался и от курса на евроинтеграцию. В ноябре 2013 года должно было состояться подписание соглашения об ассоциации с Евросоюзом. Ратификацию документа отложили за несколько дней до саммита «Восточного партнерства» в Вильнюсе, что стало формальным поводом к новым протестным акциям в Киеве. В результате противостояния зимой 2014 года погибли 106 человек. Янукович вынужден был бежать из страны.

Еврогабон

После государственного переворота президентом страны стал один из спонсоров Евромайдана Петр Порошенко. За время его правления Украина потеряла четверть промышленности, экспорт в долларовом эквиваленте упал в два раза. Миллионы семей оказались за чертой бедности, сотни тысяч высококвалифицированных специалистов лишились работы и вынуждены искать ее в других странах. За два года гривна обесценилась более чем в три раза. Относительная устойчивость экономики полностью зависит от западных кредитов. Уровень безработицы, по методологии Международной организации труда, составил рекордные 9 процентов, а среди молодежи в возрасте до 25 лет — 23 процента. По данным Росстата, в 2015 году Украина стала мировым лидером по инфляции — рост цен в стране достиг 43,3 процента. В сентябре 2015 года губернатор Одесской области Михаил Саакашвили заявил, что для восстановления экономики до состояния, которое было при Януковиче, потребуется 15 лет. Показатели ВВП на душу населения сократились, по его словам, до уровня Габона.

Не обошлось и без территориальных потерь. В Крыму прошел референдум, после которого полуостров воссоединился с Россией. В Донбассе были провозглашены Донецкая и Луганская народные республики, боевые действия между украинскими силовиками и ополченцами здесь идут уже более двух лет. По последним данным ООН, в результате противостояния погибли 9,5 тысячи человек. Не удалось Киеву достичь хотя бы минимальных успехов и в евроинтеграции. Глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер заявил, что Украина не сможет стать членом Евросоюза и Североатлантического альянса в ближайшие 20-25 лет.

Среди украинских экспертов нет единого мнения по поводу того, состоялась ли Украина как независимое государство. Политолог Александр Охрименко считает, что о суверенитете говорить можно, несмотря на периодически сотрясающие страну кризисы, революции и майданы: «Нами были упущены хорошие стартовые позиции, которые были у страны в 1991 году. Я всегда сравниваю нас с Казахстаном. По данным Всемирного банка, в 1992 году валовый национальный продукт на душу населения составлял и в той, и в другой стране около 1,5 тысячи долларов. Сейчас в Казахстане этот показатель больше 10 тысяч долларов, на Украине — 2,5 тысячи. На Украине говорят: "Где два украинца — там три гетмана". С такой психологией, понятно, тяжело выстроить устойчивое государство».

Директор Украинского института анализа и менеджмента политики Руслан Бортник считает, что говорить о суверенитете Украины пока не приходится: «Киев и политически, и экономически зависит от западных партнеров. Атрибуты независимости вроде бы есть — утвержден гимн, герб, флаг, есть армия, с натяжкой можно говорить об устоявшейся политической, образовательной и социальной системе. Однако уровень суверенности нынешней Украины не принципиально отличается от Украинской советской социалистической республики. Тогда зависимость была от Москвы, сегодня — от Вашингтона и Брюсселя».

Бортник уточняет, что страны Запада сейчас строят скорее не собственно Украину, а некую «Антироссию». «По большому счету, сильная Украина на Западе никому не нужна. Государство в нынешнем виде поддерживают, чтобы сдерживать, истощать Россию. Если бы Киев воспринимали как равноправного партнера, то как минимум страна получила бы безвизовый режим, доступ к рынкам сбыта. Но вместо того, чтобы стать мостом между востоком и западом, чего хотело бы подавляющее большинство украинцев, Украина стала стеной», — заключает эксперт.

Игорь Карамзин

24.08.2016

Источник: Lenta.ru

Распад СССР: украинский след

Украина развалила СССР. Об этом заявил первый президент страны Леонид Кравчук накануне Дня независимости. По его словам, основное достижение Украины за годы «незалежности» — полный разрыв с Россией. «Украина может гордиться тем, что она есть, была и стала в 1991 году страной, которая развалила Советский Союз — последнюю империю, наиболее страшную», — заявил он.

— Если бы не было референдума 1991 года, и Украина не проголосовала на референдуме за независимость, я не уверен, было бы подписано Беловежское соглашение всеми участниками, и я не уверен, что Украину за это время не прибрали бы к рукам те, кто этого очень хотел и хочет. Прежде всего, наши внутренние лютые друзья, равно как и внешние. Прежде всего, я имею в виду Россию", — сказал Кравчук.

Он также заявил, что за 25 лет Киев достаточно сильно отдалился от Москвы и это помогает сдерживать амбиции России в двусторонних отношениях и на международной арене.

По мнению Кравчука, за время независимости «Украина состоялась». Он также заметил, что стране не удалось полностью объединить народ и поднять его уровень жизни до достойного, а также преодолеть коррупцию.

— Кравчук лукавит, даже откровенно лжет, приписывая Украине лавры терминатора, — уверен заместитель директора Национального института развития современной идеологии, политолог Игорь Шатров.

— Такова нынешняя политическая традиция на Украине — трубить об особой роли во всех сколько-нибудь значимых исторических событиях. Украинцы и колесо изобрели, и Черное море выкопали. Если серьезно, то, как это в данном случае ни печально, Украина тогда последовала за Россией. Декларация о государственном суверенитете РСФСР, которая была принятая 12 июня 1990 года, запустила эффект домино, который привел впоследствии к распаду Советского Союза. По прошествии времени это видно особенно ярко.

«СП: — В марте 1991-го года большинство украинцев проголосовало за СССР, а в декабре против. Как объяснить эту метаморфозу?

Украинцев попросту обманули. Общество тогда еще не было настолько политически подковано, чтобы разобраться в тонкостях формулировок. А вопрос на украинском референдуме звучал так: «Одобряете ли вы Акт о провозглашении независимости Украины?». Согласитесь, что в те времена, особенно после похожих событий в России, в глазах избирателя независимость не обязательно означала выход Украины из состава СССР. Скорее, это выглядело как расширение полномочий союзной республики. Украинцы на тот момент хотели оставаться в составе Союза (на этот вопрос они четко ответили «да» в марте 1991 года), но требовали большей независимости при принятии решений (об этом они и заявили в декабре 1991-го). Вообще, к тому приснопамятному референдуму много вопросов. И главный: на тот момент, согласно союзному законодательству, Крымская АССР имела право на самоопределение. Этого права крымчане были лишены. Кстати, любопытно, что даже на такой хитрый вопрос референдума «да» в Севастополе ответили 57,07% из числа проголосовавших, а в Крыму и того меньше — всего 54,19%.

«СП: — Кравчук называет СССР «последней самой страшной империей». Но ведь он сам был частью этой системы. Почему украинские политики так рьяно отрицают преемственность от СССР, в отличие от российских?

— Так называемые украинские политики безуспешно ищут общеукраинскую идентичность. И построить ее они пытаются на отрицании совместного братского прошлого с Россией, на создании из России образа врага, многовекового оккупанта. Признание того, что они тоже родом из СССР, который в общественном сознании ассоциируется с Россией, для украинских политиков сейчас смерти подобно. Они все сделали для того, чтобы откреститься от Советского Союза. Это тупик, в который они сами себя загнали.

«СП: — По словам Кравчука, за 25 лет Киев достаточно сильно отдалился от Москвы, и что «Украина состоялась». Так ли это? Как вы оцениваете результаты этого процесса до 2014-го года, и насколько он ускорился после?

— Понятно, что 2014 год стал переломным. Но он был подготовлен двумя десятилетиями ползучей национализации. На самом деле, Украина была готова к 2014 году в том смысле, что выросло целое поколение, которое не воспринимает себя частью единого пространства с Россией и Белоруссией. Оно и стало той горючей смесью, которая полыхнула на Майдане. Это манкурты, которые не помнят родства, но им тоже нужны герои, на которых стоит равняться. Вот им услужливо подсунули Бандеру и Шухевича, они подняли их на щит. Громадяне ассоциируют себя с Европой, западным миром, при этом не пытаясь даже осознать, что им с их Бандерой ведь придется разговаривать с поляками, например. Как поляки принимают такого «национального героя», мы уже видим. Можно ли при этом сказать, что Украина состоялась как государство? Конечно, нет. Объединяющей всю страну идеи нет. Мы увидели это на примере Донбасса, Крыма.

«СП: — Насколько ошибочной была политика Москвы в отношении Украины все эти годы? Были ли вообще другие варианты развития событий, в результате которых Украина могла бы иметь с Россией такие же тесные отношения, как Белоруссия?

Россия во многом сама упустила Украину. Да, нам в этом всячески помогали. Но нашей доли ответственности за происходящее это не уменьшает. Российские элиты долгие годы занимались внутренними разборками, воспринимая бывшие союзные республики как регионы России. Когда спохватились, вдруг оказалось, что на месте региональных элит появились национально-государственные. А это уже другой масштаб. Да, они по-прежнему выглядят местечково, часто смешно. Но у них в руках теперь другой инструментарий, они — часть международной повестки, и разговаривать с ними приходится по-другому, не как с первыми секретарями республик. Это не только к Украине относится, а ко всем бывшим республикам СССР.

Если же говорить об Украине, то, по-моему, наши политики переоценили значение личных связей между русскими и украинцами, как бы переложив ответственность за межгосударственные отношения на семьи. Необходимо было не только экономические отношения развивать, а в первую очередь, на государственном уровне расширять гуманитарные связи. Только не фольклорные коллективы в гости отправлять, а интегрировать, например, системы школьного образования, организовывать студенческие обмены. Вспомним Бисмарка. «Войны выигрывают не генералы, войны выигрывают школьные учителя и приходские священники». Происходящее на Украине подтверждает эти слова.

По мнению историка, старшего преподавателя кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики ИАИ РГГУ Вадима Трухачева, доля правды в словах Кравчука есть.

— Референдум на Украине 1 декабря 1991 года притормозил возможность юридического оформления создания нового Союза, и тем самым ускорил распад СССР. Украина в течение осенних месяцев 1991 года не участвовала в переговорах о реформировании Союза, и в силу своего значения для СССР ставила под угрозу его дальнейшее существование. В то же время прямого вопроса о выходе из состава СССР на украинском референдуме не задавали, и при желании Горбачёв и Ельцин могли за это зацепиться. Но не зацепились.

«СП: — Почему на референдуме марта 1991-го года за СССР проголосовали 70%, а спустя несколько месяцев, 90% проголосовали за независимость? Какова роль тогдашнего украинского руководства и лично Кравчука в этих переменах?

— На Украине действительно испугались событий 19−21 августа в Москве. Информации об этом было немного, подавалась она исключительно с выгодных Кравчуку и другим членам украинского руководства позиций. Вот народ и поверил. Роль Кравчука была достаточно значительной. Но это уже просчёт союзного руководства. Как можно было допустить прихода к власти на Украине уроженца Ровенской области, где пробандеровские настроения были сильны даже в годы советской власти? Естественно, факт прихода ровенца Кравчука сыграл очень большую роль.

«СП: — Насколько Кравчук вообще был самостоятельным руководителем и какова его роль в беловежском процессе? Если бы Ельцин не выступил его инициатором, пошли бы Киев и Минск на это?

— Роль Кравчука преуменьшать не надо, она равнозначна роли Ельцина. Один хотел стать полновластным хозяином в Киеве, другой мечтал въехать в Кремль и выгнать оттуда Горбачёва. Их интересы в данном случае совпали. Думаю, что Ельцин не отказался бы от роли президента СССР, но Кравчук сразу дал понять, что подчиняться союзному центру больше не намерен. Так что роль Кравчука вполне самостоятельна, и он осознанно пошёл на беловежский процесс. Роль же Шушкевича скорее вторична — он следовал решению «старших братьев», и в определённом смысле пытался посредничать между ними.

«СП: — За 25 лет Киев достаточно сильно отдалился от Москвы. Насколько необратим этот процесс, и если нет, сколько может потребоваться лет, чтобы изменить ситуацию?

— К сожалению, Украина еще до 2014 года сильно отдалилась от России. Там выросло целое поколение, которое не жило в СССР, и которому удалось вбить в голову, что жить вместе с Россией будет хуже, чем без неё. Для большинства украинцев потеря Крыма действительно стала шоком, они возмутились действиями России, и чтобы они её пережили, потребуется время.

В то же время говорить, что Украина состоялась, в полной мере нельзя. В определённом смысле, состоялась пока анти-Россия, а не Украина. Украина — слишком разная. Между Киевом и Львовом существует разница, между Львовом и Харьковом она огромна, между Львовом и Закарпатьем она существенна. Украина годами не учитывала особенности отдельных регионов, в итоге ей это уже вышло боком и ещё не раз выйдет. Что уж говорить об экономике и уровне жизни людей, которые по сравнению с советским временем рухнули в разы. Постсоциалистическая Польша, несомненно, состоялась, а вот насчёт Украины есть очень большие вопросы.

Вопрос же о необратимости очень сложный. Многое зависит от политики России. Москва обязана вести контрпропаганду среди украинцев, объяснять свои действия, чётче обозначить русскую природу своей государственности (не ущемляя другие народы). Тогда украинским пропагандистам станет куда сложнее обзывать её «ордой»…

Кроме того, России нужно чётче увидеть различия между украинскими регионами. «Перевоспитать» Львов не удастся никогда, сосредоточиться стоит сначала на Харькове, Одессе и Днепропетровске, который уже успели переименовать в Днепр, затем — Киеве. Украина — государство непрочное, экономические и политические неурядицы будут ослаблять его, и эти неурядицы заставят многих украинцев задуматься о том, правильно ли окончательно и бесповоротно рвать с Россией.

«СП: — Горбачев, отвечая Кравчуку, обвинил в развале СССР команду Ельцина. «Я хочу уточнить, что причина развала Советского Союза была в состоянии СССР вообще», — сказал Кравчук. Так кто все-таки несет основную вину за развал СССР и насколько уместно обвинять в этом каких-то конкретных людей?

— Вину за развал СССР несут конкретные люди, и этих людей достаточно много. Сводить всё к Горбачёву, Ельцину и Кравчуку явно недостаточно при всей виновности этой троицы. СССР во многом держался на «сильной руке» центра, иначе удержать в составе единого образования такие разные народы, как узбеки, грузины и литовцы, было просто невозможно. Как только хватка ослабла — Литва и Грузия немедленно задумались о независимости.

У советского руководства во главе с Горбачёвым не было чёткого понимания того, где у Союза центр, а где — периферия. Представляется, что ядром Союза была Россия, Белоруссия, Украина и Казахстан, и нужно было заботиться о сохранении их единства. А со странами Средней Азии, Закавказья и Прибалтики можно было обсуждать условия выхода из СССР так, чтобы Россия в той или иной форме сохранила в них своё присутствие. Предотвратить выход Прибалтики и Закавказья было нельзя. А вот о «ядре» надо было заботиться.

Партноменклатура на местах в различных районах СССР ещё со времён Брежнева чувствовала себя всесильной, её распустили ещё в годы «застоя». И когда она перестала видеть выгоды в сохранении Союза, местным «князькам» захотелось убрать «суверена». Заинтересованных в распаде СССР были тысячи, и все они имели административный ресурс. А центр этому противодействовал крайне плохо.

Дмитрий Родионов

24.08.2016

Источник: svpressa.ru

25 лет украинской «незалэжности». Мифы и правда

Чем дальше от нас 24 августа 1991 года, тем больше лжи об этом «судьбоносном» для современной Украины дне. Уже договорились до того, что провозглашение «незалэжности» стало осуществлением вековой мечты богоизбранного европейского народа, что весь его исторический путь отмечен борьбой с «московским игом» и «москалями-ордынцами». В угоду тем, кто захватили власть в Киеве, история переписывается нагло, бессовестно, безответственно. 

Что же на самом деле происходило в столице Украинской ССР 25 лет назад, в августовские дни 1991 года?

* * *

…Горбачёв откровенно побаивался лидера украинских коммунистов Владимира Ивашко. В отличие от генсека тот был лидером настоящим, пользовавшимся авторитетом и в партийной среде, и среди интеллигенции. Ивашко руководил отделом науки и вузов Харьковского обкома Компартии Украины, затем стал там секретарём по идеологии. Несколько лет успешно работал в Кабуле в должности спецпредставителя ЦК КПСС, являясь, по сути, неформальным главой государства Афганистан. Затем руководил парторганизацией Днепропетровской области, в которой были сосредоточены оборонные предприятия, включая ракетный «Южмаш», металлургические и машиностроительные гиганты индустрии. Авторитет Владимира Антоновича был непререкаем, его назначение на должность первого секретаря ЦК Компартии Украины вызвало однозначно положительную реакцию и в Киеве, и в украинской провинции. Вторым секретарем ЦК КПУ Ивашко привёл молодого талантливого организатора Станислава Гуренко, работавшего до этого во Львове. Эта мощная связка очень не нравилась Горбачёву – и он, чтобы разорвать связку, придумал специально «под Ивашко» должность заместителя Генерального секретаря ЦК КПСС. Владимир Антонович вынужден был, подчиняясь партийной дисциплине, переехать в Москву.

А в стране началась демократизация. Горбчёвское Политбюро решило развивать многопартийность, в республиканские ЦК пошли соответствующие циркуляры. В Киеве стараниями партийной номенклатуры и республиканского КГБ был создан «Народный рух Украины за перестройку». Руховцев курировали завотделом пропаганды ЦК КПУ Леонид Кравчук и председатель КГБ УССР Николай Голушко. Возглавлять «Рух» поставили литератора Вячеслава Черновола, человека по-своему талантливого, пострадавшего при советской власти. (В 70-е годы украинские партфункционеры, которые всегда старались выслужиться перед «большим» ЦК, устроили гонения на националистов. Вместе с реальными противниками советской власти под косу попали студенты Киевского госуниверситета имени Шевченко – литературную студию в полном составе обвинили в национализме и отправили в лагеря. «Политическим заключённым» стал и студент Черновол. Кстати, спустя годы, будучи уже председателем «Руха» и народным депутатом Украины, именно он предложил проект федеративного устройства «незалэжной»)

В состав первого, кравчуковского, «Руха» вошли старый националист Левко Лукьяненко и проворовавшийся зубной техник Степан Хмара, аспирант-юрист Сергей Головатый (будущий министр юстиции) и младший научный сотрудник проектного института «Стальконструкция» Владимир Крыжановский (будущий первый посол Украины в России), а также масса второразрядных поэтов и писателей, книжки которых большими тиражами выпускались в УССР. Неожиданно для непосвященных новый секретарь по идеологии Леонид Кравчук, к которому в республиканском ЦК приклеилась кличка «Говорун», вступил в публичную полемику с руховцами. Главными постулатами Кравчука были: украинский национализм всегда приводил к братоубийственным конфликтам в республике; бандеровцы – приспешники Гитлера; русские и украинцы – единокровные братья, без России Украина будет поглощена другими государствами… Видеозаписи этих дискуссий и сегодня ещё можно найти в Интернете, хотя уже в значительно меньшем количестве – «идеологическая подчистка» даёт свои результаты.

В 1989-1990-х годах прошли выборы депутатов Верховного Совета СССР, УССР и местных советов. Компартия Украины везде удержала лидирующие позиции. В Верховном Совете республики коммунисты сформировали устойчивое большинство, так называемую «группу 239», и легко проводили любые решения. Председателем Верховного Совета избрали Говоруна - Леонида Кравчука, его первым замом – секретаря Киевского обкома КПУ Ивана Плюща. Однако реальным руководителем УССР оставался первый секретарь ЦК КПУ и надёжная опора Ивашко в Киеве Станислав Гуренко. Он официально возглавлял в Верховном Совете фракцию коммунистов.

Да и руховцы в зале под стеклянной крышей на улице Кирова, 5 (теперь она носит имя Грушевского) вели себя весьма своеобразно. С трибуны сессий клеймили позором КПСС и КПУ, выступали против засилья советской бюрократии, обличали социалистический строй и требовали больше демократии. Однако голосовали в унисон с «группой 239». Это имеет принципиальное значение для понимания того, что произошло в зале Верховного Совета УССР 24 августа 1991 года. Впрочем, дальше Киева тогда украинские «демократы» не высовывались, ведь даже на Западной Украине идею самостийности мало кто поддерживал. Советская держава казалась вечной и нерушимой… Выступая в Киеве в зале Верховного Совета 1 августа 1991 года, президент США Джордж Буш-старший призвал украинцев отказаться от сепаратистских идей и поддержать процессы демократизации советского общества, начатые Михаилом Горбачёвым. «Президент Горбачёв добился поразительных вещей, и целями его политики гласности, перестройки и демократизации являются свобода, демократия и экономическая свобода. Мы будем поддерживать как можно более прочные отношения с советским правительством Президента Михаила Горбачева», - заявил Буш-старший. И добавил: «…американцы не будут поддерживать тех, кто стремится к независимости для того, чтобы сменить тиранию местным деспотизмом. Они не будут помогать тем, кто поощряет самоубийственный национализм, порождаемый межнациональной ненавистью».

О том, что на деле всё значительно сложнее, знали лишь наверху. Многочисленные заседания и совещания в ЦК КПУ, стенограммы которых сохранились, посвящались общесоюзным проблемам. Украинскую партноменклатуру тревожили горбачёвские реформы, беспокоила возможность принятия нового Союзного договора. Автор этих строк ещё в то время слышал от Гуренко нелицеприятные характеристики Горбачёва. Станислав Иванович рассказал, например, о размолвке на Политбюро в Москве, когда он жёстко выступил против новой партийной линии. Этот факт подтвердил несколько дней назад в интервью каналу «Россия-24» Валентин Фалин. Тогдашний секретарь ЦК КПСС по международным вопросам подробно рассказал о скандале на заседании Политбюро ЦК КПСС. От имени актива республиканской парторганизации лидер КПУ Гуренко в категорической форме призвал Горбачёва остановить развал Советского Союза, перестать заигрывать с деструктивными националистическими силами союзных республик, отказаться от пагубной идеи нового Союзного договора. «Содружество суверенных государств», над проектом которого трудились люди Ельцина, Владимира Гринёва (зампред Верховного Совета УССР от «Руха»), а также прибалтийские политики, приведёт к кровавому развалу большой страны, заявил Гуренко. Горбачёв грубо одёрнул его. Гуренко и Ивашко оказались на Политбюро в меньшинстве… Лишь после этого в Киеве начали свою политическую игру, понимая, что союзный центр с каждым днём всё слабее, а перспективы принятия нового Союзного договора ничего хорошего не предвещают. 

В этих условиях и произошёл «августовский путч». Его «дипкурьером» в Киеве стал Валентин Варенников. Прилетев спецрейсом на рассвете 19 августа, он в ультимативной форме потребовал от Гуренко и Кравчука поддержать действия ГКЧП. Реакцию киевских вождей можно было предугадать – первый секретарь ЦК КПУ предостерёг генерала от большой крови. И тут же связался по телефону с Симферополем, надеясь понять, что же происходит. До Горбачёва, однако, дозвониться было невозможно. Не соединяли даже по телефону ВЧ. Первого секретаря Крымского обкома Леонида Грача на месте тоже не было, и где он, никто не знал. Замечу: Леонид Иванович (будущий председатель Верховной рады Автономной республики Крым в составе «незалэжной») попытался 19 августа попасть на дачу «Заря», где якобы удерживали Горбачёва, даже выехал было в сторону Фороса, но узнал и о визите делегации гэкачепистов накануне, и о многом другом, а потому – просто спрятался. Грач возник из неоткуда лишь две недели спустя. После неудавшегося звонка в Крым ушёл в тень и Станислав Гуренко, организовавший своеобразный «кризисный штаб» ЦК КПУ на своей правительственной даче в Конче-Заспе.

…В кабинете Кравчука в Верховном Совете несколько часов продолжалось совещание с участием группы депутатов в присутствии Валентина Варенникова. Генерал казался неумолимым, требуя от Киева полной поддержки ГКЧП. В итоге Кравчук эту поддержку пообещал, согласился дать интервью Всесоюзной информационной телепрограмме «Время». В интервью он поддержал «решительные действия советского руководства по наведению порядка в стране». Одновременно он записал другое интервью, прошедшее тем же вечером на республиканском канале «УТ-1»; говорил, как обычно, много и ни о чём. Смысл кравчуковского спича сводился к тому, что в Москве происходят какие-то события, но для Украинской ССР значительно важнее сбор урожая. А закончил призывом к спокойной работе каждого жителя республики на своём месте. Киевляне обратили внимание: день 19 августа 1991 года в городе ознаменовался … массовым завозом помидоров и арбузов по очень низким ценам. Их продавали во всех концах Киева, и только там толпились жители украинской столицы. Нигде на Украине в отличие от Москвы не произошло ни единого (!) митинга или пикета в поддержку или против ГКЧП. Республика и её начальство замерли в ожидании, куда повернёт история. 20 августа партийные газеты «Радянська Украйина» и «Правда Украины» вышли с «материалами советского руководства». На внутренних полосах шли «отклики» украинских рабочих и колхозников, писателей и депутатов Верховного Совета УССР, одобрявших создание ГКЧП. Все «единодушно поддерживали решения и действия советского руководства по наведению порядка в стране». И только молодёжная газета «Комсомольское знамя» вышла с «шапкой»: «Это военный переворот!» Так называлось огромное, размером в полгазеты интервью заместителя председателя Верховного Совета республики Владимира Гринёва, фактически повторявшего призывы, которые звучали у Белого дома в Москве.

К ночи 20 августа 1991 года Гринёв остался в здании Верховного Совета в одиночестве со своими помощниками да двумя-тремя журналистами. Не работавшая ВЧ-связь вновь ожила. Владимир Гринёв беспрестанно вёл по ней переговоры с Русланом Хасбулатовым. Тем временем лидеры украинского «Руха» во главе с Черноволом сгинули в неизвестном направлении, а представители «группы 239» отправились в Кончу-Заспу на дачу к Гуренко. Председатель КГБ Украины Николай Голушко дал команду своим орлам ни во что не вмешиваться, соблюдать нейтралитет и всячески избегать телефонных контактов с «большой конторой» в Москве. Сам он на звонки Владимира Крючкова не отвечал. Борис Ельцин затем отблагодарит Николая Голушко, назначив его… и. о. министра безопасности новой России. Но это будет потом, а в первые сутки «августовского путча» киевские начальники во главе с Гуренко вырабатывали свои возможные действия на все случаи жизни. Станислав Иванович, низко оценивавший и Горбачёва, и всю его команду, включая Янаева и Павлова, в успех ГКЧП не поверил сразу. На ночном совещании в Конче-Заспе с 19 на 20 августа он призвал своих подчинённых к выработке самостоятельных вариантов, включая и выход Украины из состава СССР. В этом ему резко возразил избранный незадолго до путча секретарём по идеологии Юрий Ельченко, считавший что необходимо немедленно потребовать от Голушко и МВД УССР интернировать всех неблагонадёжных в столице и на местах и объявить по республиканскому телевидению о создании своего ГКЧП. Гуренко успокоил: такая работа без лишней шумихи уже ведётся. Оказавшийся надёжным в столь сложный момент начальник 5-го управления КГБ УССР генерал Евгений Марчук сосредоточил в своих руках списки «врагов Советского Союза» и возглавил специальную комиссию чекистов. При определённом развитии событий удержать порядок и восстановить власть КПСС на Украине в полном объёме не составило бы большого труда. На случай же возможного успеха ГКЧП и полного отречения от власти Горбачёва среди первоочередных мер были предложены арест лидеров «Руха», включая Гринёва, и новые выборы в Верховный Совет УССР. 

…В киевской верхушке были готовы как к краху ГКЧП, так и к его победе. А ускорили провозглашение «незалэжности» несколько факторов. Во-первых, лидеров УССР – Гуренко и других – испугала возможность прихода к власти Ельцина. Во-вторых, накануне 24 августа в украинскую столицу прибыли посланники Бориса Николаевича – Сергей Станкевич и Александр Руцкой. Со ступенек здания Верховного Совета Украины они обратились к собравшимся депутатам и появившимся невесть откуда после сообщений об аресте гэкачепистов демократам с пламенной речью. Главное, о чём говорили московские посланцы: КПСС теперь будет отстранена от власти, Борис Николаевич строго разберётся со всеми партийными аппаратчиками, которые поддерживали путч и вообще тормозили демократическое развитие страны. Сибири для всех хватит, внушительно заметил Руцкой. Митинг транслировался в комнате президиума Верховного Совета УССР. Послушав эти речи, Гуренко дал команду Кравчуку объявить перерыв в заседаниях Совета, вызвать Черновола и срочно шить большой жёлто-блакитный прапор. Дальнейшее – известно… Под пение гимна австрийских «сичевых стрельцов» «Ой, у поли червона калына…» руховцы внесли в зал Верховного Совета жёлто-блакитное полотнище. Разместили прапор за креслами президиума так, что он полностью закрыл стоявший в зале огромный бюст Ленина. Гуренко на совещании фракции коммунистов предложил голосовать за выход Украины из состава Советского Союза и назначение референдума по этому вопросу. «Группа 239» дружно взяла под козырёк (против проголосовали лишь два депутата-коммуниста). Так Украина неожиданно для всех, в том числе для себя, стала «незалэжной державой»…

Спустя несколько дней Верховный Совет УССР переименовали в «Верховную Раду Украины первого созыва», большинство депутатов по примеру Леонида Кравчука публично отреклись от КПСС и выбросили свои партийные билеты. А затем вместе с руховцами проголосовали за … запрет Компартии Украины. Станислав Гуренко оказался не у дел, а Говорун Кравчук стал «первым лидером незалэжной Украины». 

Дмитрий Артемов

22.08.2016

Источник: Фонд стратегической культуры


get('twitter')) == 1) { ?>