Возле Елисейского дворца 15 января была сбита автомобилем сотрудница полиции. Событие, воспринятое сперва как очередной теракт, оказалось банальным дорожным происшествием. После трагедии в редакции Charlie Hebdo власти ищут экстремистские лозунги в социальных сетях, следят за поведением на улицах и готовятся изменить ситуацию в тюрьмах.
Этой ночью в Париже автомобиль сбил женщину-полицейского на перекрестке близ Елисейского дворца. Она в больнице, пострадали плечо и рука. Заговорили было о новом теракте, однако на сегодняшний день 19-летнего водителя, пытавшегося сбежать с места происшествия, обвиняют не в покушении на убийство представителя закона, а только в том, что он сел за руль пьяным и ехал под «кирпич», когда его попыталась остановить сотрудница полиции.
Тем не менее напряженность в обществе не спадает. Теракты в Париже повлияли на стратегию борьбы с радикальным исламизмом внутри Франции. Премьер-министр Манюэль Вальс смог продавить свою инициативу еще тех времен, когда был министром внутренних дел. Он требует изолировать в тюрьмах исламистов, запретив им общаться с другими заключенными. Премьер Вальс исходил из того, что именно в камерах многие из преступников получали первые уроки джихада. Из мелких правонарушителей там воспитывали террористов. Он собирается также активнее использовать полученное еще в 1973 году право лишать французского паспорта лиц, осужденных за терроризм. Правда, эта процедура очень сложна и применима только к французам, которые имеют второе гражданство. Да и те пытаются оспорить решения судов на основании того, что на первой родине им угрожает опасность.
В связи с последними событиями можно ожидать того, что давно обещанная судебная реформа, которую министр юстиции Кристиана Тобира готовила с целью смягчения тюремного режима, будет тормозиться: даже сторонница крайне левых взглядов Тобира обязана демонстрировать твердость такую же, как у представителя правого крыла социалистов премьера Манюэля Вальса.
Неудивительно, что директива Министерства юстиции обязывает суды быстро и жестко разбираться с теми, кто выражает в социальных сетях свою солидарность с террористами, а тем более призывает к новым действиям.
Закон, принятый в ноябре 2014 года, позволяет отныне назначать за такие провокации вплоть до пяти лет заключения. Авторов находят, судят и приговаривают к чувствительным срокам — от нескольких месяцев за пост «Приветы из Сирии, мы не Шарли» до года, который получил человек, разместивший издевательский комментарий к ролику с расстрелом полицейского во время атаки на редакцию Charlie Hebdo. Притом что число заметок, которые могут быть признаны экстремистскими, в сетях измеряется двумя десятками тысяч, работа может затянуться надолго.
Еще строже относятся к тем, кто устраивает публичные скандалы. Пресса полна историй про то, как попытка прокричать на улицах славу террористам и проклятия журналистам и полицейским привела к реальному сроку. К четырем годам заключения был приговорен водитель, который, устроив аварию, начал угрожать полицейским от имени воинов аллаха. Поскольку за ним числились старые грешки, он был наказан по максимуму, несмотря на то что на процессе защитник ислама ссылался на то, что много выпил и ничего не помнит. Le Figaro приводит и историю посаженного на три месяца иммигранта-палестинца, который подрался с патрульным, обещая расстрелять его из «Калашникова». Бездомный тоже был пьян и потом на суде божился, что не имеет ничего общего с террористами и ищет во Франции только свободы.
15.01.2015
Источник: kommersant.ru