Российские власти в принципе должны были бы начать формирование новой концепции миграционной политики, поскольку срок действия нынешнего документа ограничен 2025 годом. По мнению экспертов, необходим стратегический пересмотр взгляда в целом на правила въезда в РФ и в частности – на целесообразность завозного труда. Существующий экономическо-демографический подход, очевидно, уже не соответствует реальным потребностям рынка, при этом продолжая вызывать недовольство в обществе и создавать риски в сфере нацбезопасности. Государство, похоже, это понимает, но анонсирует лишь текущие изменения и полумеры. Скажем, пока не просматривается перспектива единого федерального ведомства по делам приезжих иностранцев.
Министр внутренних дел Владимир Колокольцев 15 мая потребовал от органов МВД принимать жесткие меры против мигрантов, которые злоупотребляют статусом пребывающих в России иностранцев. Кроме борьбы с поддельными сертификатами о знании русского языка полицейские еще должны выявлять и тех приезжих, кто пытается избежать фотографирования и дактилоскопирования. Громко прозвучало и такое заявление главы ведомства: дескать, сотрудникам необходимо оперативно отрабатывать сигналы от граждан и СМИ «о возможных экстремистских проявлениях и деятельности этнических преступных сообществ со стороны мигрантов». Как следует из сообщения пресс-службы МВД, Колокольцев также публично напомнил подчиненным на местах, что в центральном аппарате министерства действует соответствующая рабочая группа, всегда готовая помочь территориалам.
А накануне, выступая с трибуны Совета Федерации, глава МВД сообщил о подготовке реформы трудовой миграции с упором на усиление контроля над иностранцами. При этом важно, заметил тогда он, не допускать ксенофобии и необоснованного применения мер воздействия на этих людей. Тем более что Колокольцев настаивает, что 4% преступлений, которые приходятся на приезжих, – это все-таки не слишком высокий показатель. А еще он напомнил, что МВД занимается именно надзором за пребыванием в РФ любых приезжих, тогда как собственно гастарбайтеры – это сфера ответственности Минтруда и бенефициаров завозной рабочей силы вроде Минстроя и ряда других ведомств.
Между тем, среди общественников и экспертов уже обсуждаются возможные контуры и аспекты миграционной политики, которые необходимо отразить в ее новой концепции. Над этим предстоит задуматься новому правительству, поскольку ныне действующий документ заканчивается 2025 годом. Однако практически всеми разделяется точка зрения о том, что данная концепция устарела уже сейчас. К примеру, действующее законодательство ориентировано лишь на привлечение дешевой рабочей силы, не предусматривая тех же мер по адаптации и интеграции приезжих. При этом, несмотря на буквально всеобщую обеспокоенность сложившейся миграционной ситуацией, так и нет серьезных сдвигов ни в государственной политике, ни в профильных законах.
Как сказал доцент РАНХиГС, член экспертного совета отделения Всемирного русского народного собора по Москве Михаил Бурда, государственная миграционная политика «в своем нынешнем виде вызывает неприятие большей части общества». Не менее важно, что она не отвечает и реальным потребностям рынка труда – и это на фоне роста уровня радикализации и криминализации массы приезжих из тех же стран Центральной Азии. По его мнению, «попытки навязать экономическо-демографический подход в миграционной политике приводят к рискам усиления политической роли диаспор, этнокультурного замещения коренного населения России». Поэтому правительству, настаивает Бурда, следует в рамках новой концепции предусмотреть реализацию таких механизмов, которые ограничили бы возможность бесконтрольного въезда в РФ из постсоветских государств «как минимум в рамках усиления процедур иммиграционного контроля, а как максимум – через введение визового режима или института трудовых виз». То есть в области внешней трудовой миграции нужен переход к модели адресного и возвратного привлечения работников в интересах конкретного работодателя. И при этом не допускать изменений иностранцами их правового статуса через получение, например, вида на жительство, а тем более – гражданства РФ. Должен быть и запрет на переселение членов семей гастарбайтеров, в очередной раз подчеркнул Бурда. И, по его словам, напротив, необходимо обратиться к возможностям, которые дает репатриация соотечественников, представляющих русский и другие коренные народы России. Эксперт считает, что шансы на такого рода изменения есть «с учетом озвученных стратегических целей развития страны».
По мнению члена Общественного совета при МВД РФ Владимира Волоха, есть острая необходимость вместо устаревшей концепции государственной миграционной политики, «рассчитанной на кратко- или среднесрочную перспективу, то есть решавшей скорее сиюминутные проблемы», разработать стратегию. Последняя, подчеркнул он, конечно, не должна отрываться от текущей политики: «В целом изменилась обстановка – как международная, так и внутри нашей страны. Многие европейские страны проявили себя как недружественные, в то же время африканские и азиатские государства, Латинская Америка стали активнее проявлять к нам интерес. Соответственно сотрудничество с ними будет развиваться, так что нужно пересматривать и миграционные подходы в новых реалиях». При этом, заметил Волох, помимо трудовой миграции есть еще и учебная, туристическая, опять же вынужденная – беженцы и переселенцы. Все это и должно отразиться в каком-то новом документе, который, в свою очередь, следует готовить не за ширмой силами заинтересованных ведомств, а с участием специалистов и широкой общественности.
Немаловажен и вопрос о том, кем будет реализовываться этот будущий документ. Сейчас за сферу миграции отвечает около десятка ведомств, то есть у семи нянек дитя без глазу. Как считает Волох, для решения всех поставленных задач должен быть создан единый орган, который будет заниматься и проблемами, связанными с обеспечением безопасности, и участием мигрантов в социально-экономическом развитии страны, и мерами по их адаптации и интеграции, а также, конечно, обеспечением прав и свобод как россиян, так и приезжих. Допустим, это могло бы быть министерство по делам Федерации, национальной и миграционной политике, примерный аналог которого просуществовал в России недолго. По словам Волоха, теперь понятно, что это была ошибка, ведь каждое ведомство считает задачи, за которые отвечает, приоритетными, то есть все занимаются миграционной проблематикой, а ответить за очевидные промахи по факту некому. В то же время эксперт не считает, что мигрантов ждут в будущем некие значительные ужесточения: «Многое из того, что сейчас обсуждается, – это нормальная работа по совершенствованию законодательства. Ситуация меняется, так что, если мы полагаем, что введение того же визового режима позитивно отразится на ней, то, значит, и эту инициативу тоже нужно рассматривать».
Член президентского Совета по правам человека Александр Брод подтвердил, что коренной пересмотр всей миграционной политики необходим. Однако, предупредил он, в ее концепции могут быть отражены самые благие цели, которые практика может извратить до неузнаваемости. «Необходим закон о миграционной политике. Нужны четкое понимание потребностей в трудовых ресурсах у каждого региона и адресный подбор рабочей силы с предварительной подготовкой в странах ее проживания. И электронная база всех, кто въезжает в страну, с доступом к ней профильных ведомств», – заявил Брод. Правозащитник напомнил и о других разумных предложениях: возрождение отдельной миграционной службы, контроль за обучением гастарбайтеров, обеспечение мигрантов минимально необходимым социальным пакетом, жесткая ответственность работодателей за соблюдение работниками трудовой дисциплины, перенастройка программы возвращения соотечественников из-за рубежа, создание приемлемых условий для их адаптации. От нового правительства Брод ожидает такого переосмысления миграционной политики и налаживания межведомственного взаимодействия, которые «снизят разноголосицу в подходах».
Екатерина Трифонова