Бывший лидер экстремистского националистического движения «Правый сектор» (ПС), депутат Верховной Рады Дмитрий Ярош неожиданно для многих признался, что в апреле 2014 года члены ПС по прямому приказу лидеров Украины принимали участие в боевых действиях под Славянском, что объясняет, как на месте событий оказалась его визитка. Те события фактически дали старт боевым действиям в Донбассе и информационной войне Украины и России.

Мем ценой убийства

Беспорядки в Славянске начались 12 апреля 2014 года, когда ополченцы взяли под контроль здания райотдела милиции, горсовета и СБУ. Эти новости шокировали Киев, но уже на следующий день боевики «Правого сектора» — около 150 человек — прибыли в Славянск для участия в силовой операции. Однако ополченцы их оперативно выпроводили из населенного пункта, и тогда Ярош объявил о полной мобилизации всех структур ПС для подавления недовольных в Донбассе — как он выразился, «в связи с бездействием властей, допускающих своим пацифизмом повторение крымского сценария в других регионах страны». Надо отметить, что у лидера ПС был и свой политический интерес: к тому моменту он уже объявил о намерении участвовать в выборах президента Украины, намеченных на май 2014 года, и вовсю вел свою предвыборную кампанию.

16 апреля руководитель информационной службы ПС Борислав Береза заявил, что организация отправила в Донбасс два своих подразделения. Точную информацию о количестве боевиков Береза раскрыть отказался, сославшись на то, что это военная тайна, однако заверил, что представители ПС действуют в соответствии с приказами официальных силовых структур.

В ночь на 20 апреля на блокпост ополченцев при въезде в Славянск было совершено вооруженное нападение, произошло первое серьезное боестолкновение с жертвами с обеих сторон. Представители ополчения обвинили в нападении «Правый сектор» — на месте боя было полно улик, среди которых две сгоревшие машины нападавших, оружие (в том числе прибор ночного видения и немецкий пулемет времен Второй мировой войны), личные вещи, карты, деньги, а также визитка Дмитрия Яроша. В ответ Служба безопасности Украины объявила, что «имела место провокация, совершенная российскими спецслужбами»; в «Правом секторе» также категорически отрицали свою причастность к этим событиям — и сразу, по горячим следам, и еще долгое время спустя.

«Мы не ведем каких-то отдельных боевых действий ни на востоке, ни на юге Украины. Антитеррористическую операцию проводит Антитеррористический центр, в который входят разные государственные силовые структуры, а «Правый сектор» помогает государственным силовым структурам, предоставляет материально-техническое обеспечение, разведывательную информацию. У членов "Правого сектора" даже не осталось незарегистрированного оружия», — оправдывался тогда Ярош.

Визитную карточку лидера украинских националистов киевские СМИ сразу объявили «смешным и примитивным фейком российской пропаганды». В интернете даже появился соответствующий мем, а тег #ВизиткаЯроша, под которым публиковались шутки и остроты на эту тему, на несколько дней возглавил тренды русскоязычного сегмента Twitter. Таким образом настоящую трагедию с убитыми людьми, политические последствия которой неясны и сегодня, превратили в фарс.

«Мий автомат заклинило»

Теперь, спустя два года, сам Ярош признался, что лично организовал провокацию под Славянском, а у одного из погибших националистов его визитка действительно была.

Лидер ПС также заявил, что задание получил лично от и.о. президента Украины Александра Турчинова. Отряд националистов должен был вывести из строя трансформатор радиовышки под горой Карачун, чтобы остановить трансляцию «российской пропаганды». У националистов были и свои цели. Они, в частности, опасались пророссийских акций в Днепропетровской области и считали, что таким способом смогут остановить продвижение ополчения Донбасса.

Согласно показаниям Яроша, для выполнения задания им предоставили два джипа и два пикапа, а вот с оружием была большая проблема. Большинство диверсантов имели охотничьи карабины «Сайга», имелись также две снайперские винтовки, несколько АКС (один — лично у главы ПС) и старый югославский пулемет М53, десяток гранат им предоставили «патриоты» из криминальных кругов Днепропетровска.

Возле Славянска экстремисты, в группе которых было 20 человек, наткнулись на блокпост ополчения, который на карте был отмечен на два километра дальше. Сразу завязался бой, и хотя Ярош формально командовал отрядом, фактически же «правосеками» руководил боец, воевавший в Афганистане (его имя не называется). Сам же нынешний депутат Рады большей частью решал свои проблемы: «Мий автомат заклинило! Оце була халепа! Що робити?»

По версии Яроша, им удалось «зачистить» блокпост, убив шестерых бойцов противника, и благополучно отойти с места событий после прибытия подкрепления ополченцев. Потери ПС — один убитый: водитель Михаил Станиславенко из Киева, который вообще не был членом организации, но взялся сопровождать группу. Именно у Станиславенко потом нашли визитку. Еще один боец был тяжело ранен в голову. После боя о выполнении задания речь уже не шла, отряду с трудом удалось добраться до Харьковской области, а потом в Днепропетровск. Интересно, что в районе Павлограда группа вступила в конфликт с бойцами подразделения внутренних войск Украины, которые попытались разоружить боевиков — «непонятных людей с оружием и без документов». Как признается Ярош, выйти из ситуации им помогло его удостоверение кандидата в президенты Украины.

«Формально письменных приказов я никаких не получал, и руководство государства говорило тогда правду, что украинские силовики ответственности за этот бой не несут. Нас за этот бой поблагодарили в Днепропетровске. Но другим руководителям не понравилось тогда. Один из генералов, не буду сейчас говорить кто, встретил нас в Изюме и начал кричать: "Вы сорвали мирный процесс! Вы развязали войну с Россией!"» — рассказал Ярош.

Борьба за Коломойского

Реакции официального Киева на откровения Яроша до сих пор не последовало, хотя сенсационное заявление должно было взволновать многих высоких армейских чиновников и Александра Турчинова, который сейчас занимает пост секретаря украинского Совнацбеза. Дело в том, что события 20 апреля 2014 года стали не только началом масштабных боев в Донбассе, но дали старт невиданной информационной войне. До сих пор «визитку Яроша» украинские журналисты называют главным фейком российской пропаганды.

Масштабное кровопролитие тоже началось именно в этот день. Ранее в регионе сторонники федерализации занимали административные здания, но были готовы на диалог с Киевом. Украинская армия категорически не хотела воевать против своих сограждан за власть, утвердившуюся в Киеве в результате госпереворота. Так, 14 апреля 2014 года жители села Родинское около Славянска голыми руками остановили и развернули в обратном направлении несколько украинских танков. Для развязывания войны политикам Майдана пришлось мобилизовать радикальных националистов, в том числе из «Правого сектора». Депутат Верховной Рады, украинский военный пропагандист Дмитрий Тымчук прямо сказал, что Киев ради обострения ситуации пошел на формирование «добровольческих батальонов», раздал оружие и отправил на фронт большое количество уголовников. Сейчас, по данным ООН, жертвами конфликта в Донбассе стали девять тысяч человек, но первая кровь пролилась именно в Славянске.

Под вопросом остаются причины, побудившие Яроша дать откровенное интервью. Формальным поводом для публикации стала вторая годовщина событий в Славянске, однако нет сомнений, что за этим стоит и определенный политический расчет. В частности, Ярош, о котором из-за долгоиграющего политического кризиса на Украине подзабыли, громко напомнил о себе. Покинув со скандалом в конце прошлого года «Правый сектор», в феврале он презентовал свое новое движение «Государственная инициатива Яроша», заявив, что оно должно выполнить «объединительную функцию» для некоторых патриотических организаций. Была декларирована амбициозная главная цель: «навести порядок в тылу, то есть в "большой" Украине, включая столицу, без чего нельзя вернуть территории оккупированного Донбасса и Крым». Однако дела идут не столь успешно, как хотелось бы, — движению никак не удается выйти на уровень «Правого сектора». Причина, возможно, кроется в негласном противодействии Киеву, которому лишние проблемы такого рода сейчас точно не нужны. Рассказывая «правду» о «визитке Яроша», отставной глава боевиков напоминает о своих возможностях и количестве имеющегося компромата, который он способен выложить в любой момент.

Нельзя также исключать интересов друга Яроша — Игоря Коломойского, которого не слишком быстро, но неуклонно вытесняют из олигархических и политических схем Украины. После откровений Яроша, возможно, в Киеве кто-то станет сговорчивее, а если нет — публике, без сомнения, предложат еще одну порцию «правды».

Николай Подгорный (Киев)

27.04.2016

Источник: Lenta.ru

Как "разорванное поколение" строит на Украине нацистское государство

На днях украинские СМИ сообщили об очередном убийстве — гибели политолога Андрея Дорошенко, рассказавшего на одном из украинских телеканалов о технологиях Майдана-2014, которые применяются уже в 2016 году. Идет следствие.

И это — не единственный случай политического убийства.

А еще — вандализм по отношению к памятникам эпохи СССР.

Конечно, в каждом случае есть конкретные исполнители. Но у этих событий есть нечто общее — идеологическая направленность.

Люди из ниоткуда

Заблуждаются те, кто считают, что нацизм на Украине, идея национального превосходства, оголтелая ненависть к России исходят исключительно из высоких властных кабинетов.

К власти на Украине пришли не только профессиональные политики, но прежде всего представители большого бизнеса. Президент — олигарх Петр Порошенко, глава его администрации — крупный бизнесмен Борис Ложкин, глава Нацбанка — инвестбанкир Валерия Гонтарева и т.д. А бизнес по определению космополитичен, он идет туда, где ему выгодно и комфортно. В принципе, украинскому бизнесу чужда идея украинской исключительности.

Более того, многие украинские бизнесмены (и почти все олигархи) имеют собственность и экономические связи с Россией. И поэтому их антироссийская риторика — скорее дань сложившейся в стране общей атмосфере.

А эта атмосфера формируется прежде всего в парламенте страны. Но кто создает эту атмосферу?

Сегодня на территории Украины действуют несколько десятков командиров и начальников националистов, фотографии которых мелькают в различных СМИ. Но никаких биографических подробностей — ничего, кроме имени, фамилии, случайных фото с митингов и акций.

Они вышли из обломков СССР

Но есть ситуации, когда им приходится рассказывать о себе. Например, когда они становятся депутатами, по закону должны опубликовать биографии. В ноябре 2014-го несколько лидеров неонацистских организаций стали депутатами Верховной рады, и их короткие биографии стали доступны журналистам.

Правда, биография лидера Всеукраинского объединения "Свобода" Олега Тягнибока была известна раньше. На протяжении 12 лет (с 1998 по 2014 год) он был депутатом Верховной рады.

Для изучения я взял пять биографий националистических лидеров Украины, четверо из них (кроме Тягнибока) были избраны в Верховную раду в ноябре 2014-го. Это бывший лидер "Правого сектора" (организация, деятельность которой запрещена на территории РФ) Дмитрий Ярош, нынешний спикер Верховной рады Андрей Парубий, внефракционный депутат Владимир Парасюк и депутат из фракции "Народный фронт" (командир добровольческого батальона "Азов") Андрей Билецкий.

Трое из этих пяти почти ровесники: Тягнибок родился в 1968 году, Ярош и Парубий — в 1971-м. Еще двое родились позже (Парасюк — в 1987 году, Билецкий — в 1979-м) и влились в ряды националистов в конце девяностых.

Сейчас большинству активных националистов — от 35 до 40 лет. Это было видно на Майдане в 2013-2014 годах, да и сегодня заметно на телевизионных ток-шоу, митингах и во время акций протеста.

Это люди из "разорванного поколения" (термин авторский) — то есть они воспитывались, учились в школе еще при Советском Союзе, а во взрослую жизнь с ее необходимостью отвечать за слова и поступки попали уже при другом режиме, в независимой Украине.

Олег Тягнибок во Львове закончил школу с отличием, а потом и в армии был примерным комсомольцем — до 1989 года. А уже в 1991-м стал сооснователем Социал-национальной партии Украины, позже им же переименованной в ВО "Свобода".

Дмитрий Ярош ушел в ряды Советской армии в 1989-м — еще в СССР, а вернулся в независимую страну в 1991-м.

Кстати, Тягнибок, тоже служивший в Советской армии в 1987-1989 годах, поступал во Львовский мединститут в 1989 году, а заканчивал учебу в 1993-м. Когда абитуриент Тягнибок решил стать хирургом, профессия врача была престижной и хорошо оплачиваемой. Когда же он завершал учебу — на Украине это была уже одна из самых низкооплачиваемых специальностей.

Их ровесник Парубий начал учебу на истфаке Львовского университета в 1988-м, а вышел из вуза в 1994-м. То есть в тот год, когда помимо бандитов, ценились финансисты, юристы, экономисты, но никак не историки.

В это время их более удачливые сограждане строили политическую карьеру, бизнес в новой стране. Петр Порошенко, например, входил в большой бизнес при отце, заправлявшем на Украине всей сахарной промышленностью. Другие олигархи еще до развала СССР "сидели на финансовых потоках", имели отношение в годы перестройки к созданию кооперативов и т.д.

А вот Ярош, Тягнибок и Парубий не имели таких связей в политике и бизнесе и должны были выживать сами. И они выживали, постепенно пропитываясь ненавистью к недоступному им миру бизнеса.

Тогда они стали объединяться в "группы неудачников" (а это уже позволяла общая атмосфера политической свободы) — тех, кто не был допущен к дележу госсобственности.

Так они и начали создавать радикальные (то есть, прежде всего, направленные против мира дикого капитализма) политические движения.

Парубий и Тягнибок стояли у истоков Социал-национальной партии Украины. Ярош, насмотревшись на новых капиталистов, в 1994-м стал одним из основателей антикоммунистической организации "Трезуб" имени Степана Бандеры.

Главные лица украинского неонационализма вышли из "разорванного поколения", которое радикализмом ответило на равнодушие общества к ним.

Конечно, не все записались в радикалы. Кто-то ушел в бизнес, кто-то подался в бандиты, и мало кто — в производство. Потому что буквально на глазах оно рушилось, предприятия закрывались — в том же Киеве, Львове, Днепропетровске…

Другая группа радикалов, вступившая во взрослую жизнь на рубеже двух веков, по сути столкнулась с тем же равнодушием общества. Они влились в уже созданные их старшими товарищами националистические движения и подпольные организации тоже из чувства протеста. Это Парасюк и Билецкий. Только теперь это был протест не против коммунистического прошлого, а олигархического настоящего.

Большинство из них имеют гуманитарное образование: Ярош — филолог, Парубий и Билецкий — историки, Тягнибок получил второе юридическое образование в 1999 году.

Все они появились на Майдане и именно после него пришли в большую политику (исключение — Тягнибок, он пришел раньше). Все они имеют личные вооруженные и преданные им боевые группы и даже полки.

Что дальше?

Большинство из националистов в начале нулевых годов прошли полуподпольные школы и лагеря, где получали боевые навыки (Парасюк часто и подробно рассказывал об этом). Потом через кровь Майдана они вошли во власть, То есть, свергнув предыдущую власть ненавидимых ими олигархов, сами стали властью.

Но олигархи их обманули и снова сформировали органы власти по старым лекалам. Поэтому националистическое полуподполье, выросшее из "разорванного поколения", продолжает ненавидеть власть олигархов и угрожает новым переворотом. А пока они расшатывают власть изнутри: мелкими акциями и громкими убийствами противников режима создают в стране атмосферу национальной непримиримости и ненависти к президенту и правительству.

Тот, кто думает, что националисты найдут общий язык с властью, глубоко ошибается. Это — две крайние противные друг другу силы.

Режим Порошенко и рад бы их теперь купить за несколько жирных кусков госсобственности при очередном дележе. Но радикалам не нужны куски. Им нужна вся собственность и вся власть. То есть вся Украина. Они уверены, что наступает их время.

Захар Виноградов, РИА Новости

26.04.2016

Источник: РИА Новости


get('twitter')) == 1) { ?>