Москва считает, что Киев готовит силовой сценарий для Донбасса. Об этом 17 марта ТАСС заявил замглавы МИД России Григорий Карасин.

«Мне не хотелось бы думать в этом ключе, хотя, скажу честно, те мероприятия, которые проводят украинские вооруженные силы в непосредственной близости от линии соприкосновения, в том числе ротация военных, укрепление силовой составляющей, говорят о том, что, видимо, военный сценарий далеко не исключается», — сказал он.

При этом он подчеркнул, что рассчитывает на то, что этот сценарий «не уживется в головах тех, кто принимает решения» в Киеве.

Дипломат также прокомментировал слова президента Украины Петра Порошенко о планах мирного возвращения Донбасса. «Мы надеемся на то, что за этими словами и призывами последуют реальные дела. А это подразумевает законотворчество», — отметил замминистра. По его мнению, киевским властям нужно вернуть доверие жителей юго-востока Украины. «К сожалению, пока мы этого не наблюдаем», — заключил он.

16 марта президент Украины заявил о том, что завершения конфликта в Донбассе в ближайшее время ждать не стоит. По его словам, вооруженные силы Украины уже другие: с большим опытом ведения боевых действий, другой техникой, средствами связи, другой разведкой и боеспособностью.

«Те бои, которые ведутся в районе промзоны у Авдеевки, сосредоточение вражеских вооруженных формирований с танками, артиллерией отнюдь не дает нам оснований надеяться на гарантированное мирное развитие событий», — приводит слова президента его пресс-служба.

Ранее в интервью турецкому телеканалу TRT World украинский лидер говорил, что Киев вернет Донбасс мирным путем в течение года. Однако в народных республиках сообщают о том, что украинские военные стягивают вооружения к линии разграничения.

Стоит отметить, что ситуация на линии разграничения в последние дни предельно обострилась. Многократно увеличилось число обстрелов с украинской стороны, в том числе, с помощью тяжелой технике, которая, согласно минским договоренностям, должна была быть отведена. Вот уже почти две недели продолжаются атаки на ясиноватский блок-пост на трассе Донецк-Горловка. 13 марта из-за обстрелов прекратила работу донецкая фильтровальная станция, которая обеспечивает водой населенные пункты по обе стороны линии разграничения сторон в Донбассе. Ремонтники сообщают о невозможности проведения ремонтных работ из-за непрекращающихся обстрелов, свидетелями которых накануне стали наблюдатели ОБСЕ.

Напомним, 8 марта под обстрел в районе Ясиноватой попала группа российских журналистов, а неделей спустя — обстреляли группу российских и китайских журналистов в районе поселка Зайцево.

8 марта источник в силовых структурах ДНР сообщил, что силовики заняли участок в буферной зоне у трассы Ясиноватая — Горловка и обстреливают гражданский транспорт. Украинская сторона эту информацию отрицает. 8 марта заместитель командующего корпусом армии ДНР сообщил, что обстановка на трассе Ясиноватая — Горловка остается напряженной: ополченцы пытаются оттеснить украинских военных на линию соприкосновения, обозначенную минским соглашением.

По сообщению Минобороны ДНР за сутки 15−16 марта киевские силовики 210 раз обстреляли территорию республики. В том числе, были выпущены две мины калибром 120 мм, а также 66 — калибром 82 мм. Кроме того, силовики в ходе обстрелов использовали боевые машины пехоты, гранатометы различных типов, зенитные установки и стрелковое оружие.

«Наиболее интенсивным обстрелам с применением тяжелого вооружения, запрещенного минскими договоренностями, подверглись следующие населенные пункты: Ясиноватая, Зайцево, Крутая Балка, Старомихайловка, Спартак, Минеральное, Докучаевск, районы аэропорта, „Вольво-центра“, Петровский район города Донецк», — сообщил ТАСС со ссылкой на оборонное ведомство ДНР.

— Думаю, что это все-таки одно из тех периодических обострений, которые случаются довольно регулярно все время после прекращения широкомасштабных боевых действий, а не подготовка к возобновлению войны, — говорит политический обозреватель Виктор Шапинов.

— Новое наступление на Донбассе не найдет поддержки в Вашингтоне. Обострение ситуации будет воспринято как провал внешней политики Обамы, а уходящий американский президент уже «работает на историю». Так что, полагаю, что до ноября каких-то резких действий со стороны Киева ожидать не стоит. Другое дело, что мелкие провокации, как попытка вынудить республики и Россию отвечать возможны. Это способ Киева оправдать невыполнение минских соглашений.

«СП»: — 10 марта Порошенко в интервью турецкому телеканалу TRT World заявил, что Киев вернет Донбасс мирным путем в течение года. Вчера же он сказал, что завершения конфликта в Донбассе в ближайшее время ждать не стоит. Как понимать его слова?

— Правда состоит в том, что Порошенко не заинтересован в возвращении Донбасса. Зачем ему несколько миллионов враждебно настроенных избирателей, которые никогда не будут голосовать за него и любые промайданные политические силы? Идеальным вариантом для киевского режима было бы возвращение территории без людей. Но на таком варианте ополченцы поставили крест под Дебальцево и Иловайском. При этом Порошенко не может открыто сказать: «Донбасс нам не нужен», это не поймет его избиратель. Поэтому делаются максимально неконкретные и противоречивые заявления.

«СП»: — Григорий Карасин заявил, что Москва готова к попыткам Украины вернуть Донбасс силой. Означает ли это, что Россия готова пресечь такую попытку? При каких обстоятельствах Москва вмешается. И в чем будет выражаться это вмешательство?

— Я думаю, что будет достаточно военно-технической помощи вооруженным силам ДНР и ЛНР. Возможно, потребуется мобилизация на Донбассе и возвращение тех добровольцев, которые уехали после завершения острой фазы конфликта — ведь сейчас у ВСУ трехкратное преимущество в численности. При этом вряд ли Россия пойдет на открытое вмешательство — благоприятная обстановка для этого была упущена в 2014 году.

«СП»: — Сегодня на Украине многие говорят, что, покинув Сирию, Кремль будет больше внимания уделять Украине. Так ли это? Насколько у Москвы развязаны руки, и дала ли сирийская кампания ей какие либо козыри на Украине?

— Мы не знаем, какие договоренности были достигнуты между Москвой и Вашингтоном — как по Сирии, так и по Украине. Многие говорили, что Владимир Путин хочет произвести размен Сирии на Украину — уйти с Ближнего Востока в обмен на большую свободу действий в Украине. Возможно, такой размен состоялся. Это мы увидим в ближайшее время.

— Происходящее сегодня — это даже не «бои местного значения», — уверен киевский публицист Дмитрий Скворцов.

— На передовой с обеих сторон сейчас много ненавидящих друг друга слабо контролируемых подразделений, к тому же обозлённых на своё верховное командование, принуждающее к миру с заклятыми врагами. Вот и вымещают злость. К тому же, под прикрытием или же отвлекающим огнём легче проворачивать разного рода контрабандные делишки. А уже в информационной войне подобные стычки по факту используются как «свидетельства нарушения перемирия».

«СП»: — У Киева еще остаются варианты, кроме как срывать минские соглашения?

Сколько Киев не заявлял о готовности придерживаться минских соглашений, они просто невыполнимы для Украины. Более того, даже попытка их выполнения убийственна для Порошенко. Весь украинский политикум и наиболее активная часть общества не приемлет их.

«СП»: — Кому сегодня реально выгоден силовой сценарий? Что должно произойти, чтобы предотвратить его? Прошлым летом немецкому и французскому лидеру пришлось буквально осаживать Порошенко, чтобы тот не развязал новую войну…

— Для Киева срыв перемирия — самый оптимальный вариант: против «агрессора» канализируются все протестные настроения в Киеве, заодно самый пассионарный элемент протестующих (вооружённые до зубов фашисты) первыми сжигаются в новых котлах. Сам же Порошенко при этом предстаёт как «решительный лидер-патриот, пренебрегший интересами Европы ради славы Украины».

«СП»: — Что может стать поводом? Когда, по-вашему, может начаться крупномасштабная война?

— Поводом может стать что угодно — лишь бы было назначено время «Ч». Гитлер же не искал повода для нападения на Польшу, а придумал его, когда пришло время. Война может начаться, когда в Киеве жареный петух клюнет — то есть когда Порошенко почувствует реальную опасность внутри Украины. А она неотвратимо нарастает с каждым днём.

«СП»: — Как на провокации Киева отреагирует Москва? Слова Карасина о готовности Москвы к попыткам Киева решить вопрос возвращения Донбасса означают, что Россия готова их пресекать? Как далеко Киев может зайти, прежде чем Москва осознает такую необходимость?

Реакция Москвы зависит от того, насколько в тот момент будет упрочено её международное положение, и насколько будет в глазах международной общественности дискредитирована Украина. РФ сейчас решает глобальные задачи по всему миру. Украина — пусть главный — но далеко не единственный вопрос из всего комплекса проблем выживания России. Но реакция, безусловно, будет. Адекватная создавшемуся положению вещей на тот момент. В любом случае, Донбасс Путин не «сольёт», ибо это будет уже убийственно для него.

Политолог Юрий Городнено также не верит в то, что Киев планирует широкомасштабное наступление:

— Лично в штурм не верю. В перестрелки — да. В штурм нет.

Про возврат Донбасса даже смешно говорить. Про возможность возобновления военных действий — могут начать, но только в том случае если в Вашингтоне от них окончательно устанут и решат отправить на самоубийство.

«СП»: — Войну еще можно предотвратить? Или можно только отсрочить и то на короткий срок?

— У нас очень много появилось вещателей войны. Такое впечатление, что только на предсказаниях войны и зарабатывают. Намного полезней было бы, если эти «вещуны» предложили, чем можно было бы поддержать Юго-Восток, которому несладко живется под нацистской оккупацией.

«СП»: — Как должны вести себя власти ДНР? Пока разрешается применять оружие только в крайнем случае, да и то стрелковое. А если украинские силовики полезут всей мощью?

— Полезут — получат по шее. Только прежде нужно ответить на вопрос: готовы ли мы идти на Киев и дальше до Збруча? Готовы ли мы к тому, что в результате США спровоцируют начало Третьей мировой войны с ЕС?

Естественно на силу Москва ответит силой. Но надо понимать, что сейчас как 22 июня 1941 года. Если бы Сталин отдал приказ напасть первым, то возможно немцы бы и не дошли до Москвы, хотя не факт. Но уж точно бы СССР навсегда осталась бы агрессором…

Дмитрий Родионов

18.03.2016

Источник: svpressa.ru

«Вывод российских войск из Сирии ограничивает возможности украинского блицкрига в Донбассе»

Неожиданное решение о выводе части российской группировки из Сирии вызвало дискуссии среди политиков, экспертов и простых обывателей. Появилось множество разных объяснений этого шага. Одни подвергли его критике и восприняли как сдачу позиций, склонность к ненужным компромиссам и непоследовательность. Другие — приветствовали, заявляя, что это предприятие изначально являлось авантюрой, отвлекающей Россию от решения более важных задач.

В числе прочих обсуждалась версия, связывающая войну в Донбассе и российскую операцию в Сирии. Допускалось, что российское военное руководство предполагало значительную эскалацию в Донбассе и опасалось необходимости ведения войны на два фронта. К тому же в последние дни ситуация на линии соприкосновения резко обострилась. Напрашивается мысль и о возможности неких кулуарных договоренностей или же размена с Западом по вопросам Украины и Сирии.

Тем более сразу же после принятия решения о выводе основной части российской авиагруппы состоялись телефонные переговоры Владимира Путина и Барака Обамы, где поднималась не только сирийская, но и украинская проблематика. Впрочем, тут можно возразить, что эти две темы оказываются на повестке дня практически любых переговоров на высшем уровне. Да и растерянность официального Вашингтона в ответ на решение о частичном выводе подразделений ВС РФ из Сирии заставляет усомниться в каком-либо предварительном согласовании позиций.

C вопросом о том, можно ли каким-то образом увязывать между собой обострение военной ситуации в Донбассе и вывод основной части российских войск из Сирии, EADaily обратилось к политологам и военным аналитикам.

Президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов не исключает, что наряду с остальными может рассматриваться и это предположение. Однако, по его мнению, существование каких-либо договоренностей между Россией и США маловероятно. «Я бы не говорил о возможности закулисного диалога с американцами по принципу размена Сирии на Украину. Это крайне неправдоподобно. Это не соответствует ни декларируемой, ни реальной внешнеполитической философии США», — убежден эксперт.

А вот угрозу войны на два фронта, по его словам, всегда следовало и по-прежнему следует учитывать, рассматривая ситуацию в Сирии и Украине. Ремизов пояснил, что за период действия «второго издания» Минских договорённостей баланс сил в военной сфере существенным образом сместился в пользу украинских вооруженных сил, и для них теперь велик соблазн решить вопрос Донбасса стремительным ударом — блицкригом.

«У Москвы меньше возможностей для ответа на такую угрозу в ситуации, когда она направляет силы и средства — специалистов, консультантов, планировщиков операций, может быть, отдельные спецподразделения — в Сирию. Соответственно, и вероятность реализации такой угрозы выше. При этом рассчитывать на то, что вооруженные силы Новороссии с таким ударом справились бы самостоятельно в существующих условиях, как мне кажется, нельзя. То есть если Киев действительно решается на блицкриг, то России, если она не хочет допустить военного разгрома Донбасса с последующей его жестокой зачисткой, придется действовать напрямую», — сказал Ремизов.

На его взгляд, вероятность того, что это было основным мотивом вывода войск, невелика, но у этого решения может оказаться важное следствие — «окно возможностей для блицкрига со стороны Киева тем самым захлопывается».

В целом, по мнению эксперта, вывод войск из Сирии можно представлять как сугубо плановые действия. «Достигли каких-то промежуточных итогов, поняли, что более весомых результатов ждать придется долго, что мы столкнемся с военными и политическими рисками, и решили найти благоприятный момент для того, чтобы объявить о выходе», — сказал Ремизов.

Политолог обратил внимание и на существующие предположения о том, что принятие такого решения связано с некими форс-мажорными обстоятельствами и угрозами. Это, по словам Ремизова, могла быть, например, угроза столкновения с Турцией в Сирии.

Военный эксперт Анатолий Несмиян (известный блогер «Эль-Мюрид») убежден, что проводить прямые аналогии, связывая Донбасс и Сирию, некорректно. Это, по его словам, две совершенно разные войны, с разными целями, задачами, условиями и историей. По его мнению, решение о выводе части российского контингента из САР не было связано с Донбассом и никаких последствий для этого региона иметь не будет.

«Мы в Сирии держали всего лишь один авиационный полк. 40 самолетов — это, прямо скажем, немного. Численность наземных войск, во всяком случае официально, не превышала 4 000 человек. Это очень мало, и нельзя говорить о том, что вывод этого полка как-то кардинально изменит ситуацию в Донбассе», — заявил Несмиян.

Вместе с тем он допускает, что на высоком уровне эти два вопроса могут обсуждаться в связке друг с другом. «Может быть, есть разговоры очень высокого уровня, о которых мы не знаем и знать не будем. Но напрямую эти конфликты вообще ничего не связывает, и единственное, что их объединяет, — так это наша очень непонятная и невнятная политика что в одном, что в другом случае», — отметил он.

Директор Института глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий также полагает, что у российских властей в Сирии не было никакого внятного стратегического плана, а основная задача сводилась к примирению с Западом.

«Может быть, они решили, что достигли всего, что могли достигнуть. Но это не имеет никакого отношения к ситуации непосредственно в Сирии. Они, вводя войска, меньше всего думали о том, что будет с Сирией. Они думали о том, как могут использовать это решение для сближения позиций с США и как-то улучшить свою репутацию в Европе», — полагает политолог.

Операция в Сирии, по словам Кагарлицкого, планировалась не как военная, а тем более стратегическая акция, а как пиар-мероприятие. «С точки зрения пиар-акции они выжали из этой истории максимум, что могли. Что касается Донбасса, то очень боюсь, что там нас также ждут некоторые неприятные сюрпризы со стороны Москвы, потому что всеобщий курс на примирение с Западом будет проводиться по принципу максимального количества уступок, которые можно сделать, не теряя при этом лица», — сказал Кагарлицкий.

Публицист, военный историк Евгений Норин считает, что какие-то договоренности о разграничении сфер влияния России и США могли вестись, но неизвестно, затрагивали они Украину или нет.

«Тут темна вода в облацех, на самом деле. В долгосрочной перспективе операция в Сирии — это огромные риски самого разного свойства. Собственно, даже за тот короткий срок, который она продлилась, мы получили обострение отношений с Турцией и один из крупнейших терактов в своей истории. Кроме того, политика — это все же искусство компромисса, и, скорее всего, были достигнуты какие-то договоренности по поводу разграничения российской и американской сфер влияния. Включали ли они вопрос об Украине? Неизвестно. Могли, но необязательно», — заявил Норин.

Cопредседатель общества дружбы «Новороссия — Сирия» Владимир Рогов не связывает эскалацию в Донбассе и вывод части российского контингента из Сирии. «Я бы это напрямую не связывал. Приказ Владимира Владимировича начать вывод части российской группировки из САР — это, как всегда, неожиданное для всех посторонних, но, я уверен, выверенное действие. Также неожиданно было принято решение о начале операции, также неожиданно были достигнуты договоренности о перемирии», — сказал Рогов.

Он согласился c официальным заявлением Владимира Путина о том, что задачи, поставленные перед министерством обороны и российскими Вооружёнными Силами в Сирии в целом были выполнены. «Российская армия показала уровень своей боеготовности и боеспособности в непростых условиях Сирии. К тому же, на мой взгляд, сейчас, в период ветров, авиации в пустыне делать особо нечего. Прицельность ударов будет совсем другой, да и себестоимость этих вылетов резко увеличится. Главное, инфраструктура ДАИШ, которую могла бы зачищать российская армия, в Сирии уничтожена. Зачищены нефтегазовые поля в районе Пальмиры. Они находятся сейчас под контролем сирийских властей. В условиях сухопутной операции при том повышении боевого духа и возможностей контроля территории на многое способна сирийская армия, Стражи исламской революции из Ирана и „Хезболла“. Действуя в унисон, эти подразделения успешно зачищают город за городом. Россия обозначила зону своих интересов. Россия спасла от краха сирийское государство, которое осенью прошлого года стояло на грани уничтожения. Сегодня эта угроза минимизирована», — констатировал Рогов в беседе с EADaily.

Что касается Украины, то здесь, по его мнению, и без российского военного вмешательства киевский режим находится в настоящее время на грани выживания. «Мы прекрасно понимаем, что военная поддержка России уничтожила бы временный оккупационный режим на постукраинском пространстве в считанные дни. Но здесь нужно понимать, что он и так сыпется, и его дни предрешены. Будущее у тех людей, кто себя сегодня называет властями в Киеве, незавидное», — полагает Рогов.

Он напомнил, что уже больше года идут разговоры и обещания о поставках летального оружия Киеву. Однако ни одна из стран, выразивших такую готовность, не приступила к реализации этих намерений. Аналогичной, по его словам, оказывается и ситуация с очередным траншем кредита МВФ, под получение которого от Киева потребовали принять бюджет, уничтожающий всю социальную инфраструктуру. В ближайшей перспективе, по прогнозам Владимира Рогова, США не будут активно заниматься постукраинским пространством, за исключением установления контроля за выкачкой ликвидных ресурсов.

Таким образом, если полностью исключить прямую связь между частичным выводом российской группировки из Сирии и ситуацией в Донбассе, то косвенное влияние этих процессов друг на друга, как минимум на дипломатическом уровне, вполне возможно. В частности, если вывод российского контингента будет рассматриваться Западом как слабость и уступка, то и переговорные позиции России по Донбассу ухудшатся, а «западные партнеры» и Украина решат, что можно безболезненно гнуть свою линию, не считаясь с интересами России. Однако, если посмотреть на ситуацию под другим углом, то в случае, если мирное урегулирование в Сирии окажется успешным и не навредит российским интересам в регионе, то российская дипломатия получит новые возможности для использования возросшего авторитета России и ее репутации миротворца для разрешения ситуации в Донбассе по своим правилам.

Насколько допустимо предположение о том, что Россия предприняла тактическое решение о выходе из Сирии, где первоочередные задачи были достигнуты из-за необходимости перенаправить усилия на более значимое в данный момент донбасское направление с учетом серьезной эскалации на фронте, можно будет проверить, наблюдая за дальнейшим развитием событий на линии соприкосновения.

Кристина Мельникова

18.03.2016

Источник: eadaily.com


get('twitter')) == 1) { ?>