Для радикального исламизма насилие является главным средством достижения цели. Акты террора стали неотъемлемой составляющей политической жизни ряда мусульманских и европейских стран. Террористы пытаются посеять страх в обществе, запугать своих оппонентов для создания «образа силы», что соответствующим образом помогает идеологически мобилизовать мусульман для ведения джихада против «неверных» и создания исламистского государства (халифата). Фундаменталистские организации, выдвигающие популистские и в большинстве своем понятные для мусульман лозунги социальной справедливости и гармонии, имеют серьезную опору в широких исламских массах
Религия выступает в качестве единственного способа выражения чаяний и настроений народа, когда отсутствуют условия для политической легальной оппозиции. Единственным методом установления «истинно исламской власти» объявляется вооруженная борьба (джихад). Это, по сути, проповедь насилия, обоснованная ссылками на Коран, а также некоторые вырванные из общего контекста высказывания пророка Мухаммада, например: «Когда вы встречаетесь с неверующими на поле боя, то рубите головы. Когда же вы ослабите их, то крепите оковы...» (47:4).
Будущее радикального исламизма зависит от внутренних и внешних факторов. Часто к его всплескам приводят ухудшение социально-экономической обстановки в том или ином регионе, рост имущественного неравенства, неудачи экономических реформ.
Мусульманские страны в глобализированном мире испытывают мощное разрушительное давление Запада. Культурная экспансия и пропаганда идеи «общества потребления» оказывают разлагающее влияние, прежде всего, на молодежь. Это приводит к эрозии идентичности, деформации национальных черт характера, в особенности языка и религии.
Значительная часть арабских и мусульманских стран может в перспективе стать очагом массового насилия религиозно-политического характера. Многие из них переживают в настоящее время социально-экономические тяготы, усугубляемые ситуацией политического тупика, и контролируются режимами, не допускающими мирной смены власти. Например, одной из стран, где возможен религиозно-политический конфликт, может стать Саудовская Аравия, несмотря на ее экономическое благополучие. Эта страна находится под властью королевской семьи, не оставляющей возможности для деятельности оппозиции, кроме той, которая придерживается экстремистских и террористических методов борьбы.
Достаточно сложная ситуация сохраняется в Ираке. Несмотря на возрастающую численность иракских сил безопасности, а также относительные успехи в борьбе с терроризмом, они по-прежнему зависят от американской военной поддержки. Силы безопасности подвержены коррупции и характеризуются наличием в их рядах элементов, связанных с радикальными группировками. По всей вероятности, «Аль-Каида» будет прилагать максимум усилий для того, чтобы сохранить свои позиции в Ираке. По оценкам ее руководителей, в Ираке должна начаться полномасштабная гражданская война, чем они намерены воспользоваться и сделать эту страну своей надежной базой. Более того, вывод американских войск из Ирака будет расценен и представлен мусульманскому миру в качестве победы салафитов. Таким образом, «Аль-Каида» использует это событие в пропагандистских целях для привлечения под свои знамена множества новых сторонников.
В настоящее время Западная Европа постепенно становится центром исламизма. Здесь исламисты избрали особую, рассчитанную на длительную перспективу, тактику. Исламисты ориентированы на «затяжную войну» в течение многих десятилетий. Их конечная цель - создание «халифата» - может быть достигнута где угодно, в том числе и в Европе. «Братья-мусульмане» появились здесь в 50-е гг. ХХ столетия. Сначала предполагалось использовать Европу в качестве базы для борьбы с ближневосточными светскими режимами, но вскоре база мусульманских радикалов в Европе стала еще одним фронтом для распространения идеологии «Братьев» на континенте.
Такие организации, как «Таблиги джамаат», «Хизб ут-Тахрир», «Братья-мусульмане», отказались от открытого призыва к насилию, однако они не осуждают террористических актов и не противодействуют распространению радикального исламизма. По достижении «критической массы» они готовы начать революционные действия, т.е. свержение правительств европейских стран. Исламистские группировки открыто создают «пятую колонну» активистов, работающую на подрыв демократической системы, на которой основано западное общество. «Братья-мусульмане» и «Хизб ут-Тахрир» выигрывают у европейских властей борьбу за сердца и умы мусульман.
Проблемы европейских мусульман, связанные с интеграцией мусульман в местные общества, лишили их четкой идентичности. В свою очередь и «Братья-мусульмане», и «Хизб ут-Тахрир» дают тем, кто находится в «духовном поиске», чувство причастности к единой мусульманской умме, насыщая их сознание экстремистской идеологией. Исламисты привлекают в свои ряды не только простых граждан, но и образованных интеллектуалов. Именно это новое поколение пропагандистов, подготовленных этими движениями, становится еще более опасным, изобретательным и сможет вести свою работу в западном обществе.
Серьезной проблемой является то, что старшее поколение создало такой имидж ислама, который молодежь зачастую отвергает, а социальные изменения в жизни мусульман неизбежно ведут к теологическим противоречиям. Мусульманская молодежь по сравнению со старшим поколением обладает, как правило, более широким кругозором. Действительность ставит перед молодежью вопросы, на которые традиционные имамы мечетей зачастую просто не могут ответить. В результате молодежь предпочитает исламских интеллектуалов из своей среды, сталкивающихся в повседневной жизни с теми же самыми проблемами.
Рассмотрим ситуацию в Африке. Африканский Рог находится на перекрестке стратегически важных транспортных коммуникаций и обладает ресурсами мирового значения. США и их западные союзники формируют здесь систему добычи углеводородов. Усиление военной активности НАТО в данном регионе и в акваториях прилегающих к нему морей осуществляется параллельно с созданием новой нефтедобывающей инфраструктуры и планированием строительства нефтепроводов в примыкающих к нему регионах. (Например, Южный Судан - Средиземное море, «Трансафриканский трубопровод», который пройдет через Центральноафриканскую Республику и Камерун к Атлантическому океану, а также к Индийскому океану - «Южный Судан – Индийский океан»). Необходимо также учитывать возможные включения в эту систему ответвлений с высококачественной и дешевой нефтью из Огадена и Сомали.
Разрабатываемая схема поставок удобна тем, что она обезопасит США и западные страны от дефицита нефтепродуктов на случай военного конфликта в Персидском заливе. Однако отсутствие политической стабильности в этом регионе не позволяет реализовать намеченные планы. Размещение баз и эскадр НАТО на южном фланге Большого Ближнего Востока под предлогом борьбы с сомалийскими пиратами, экстремистскими группировками и силовое вмешательство Запада во внутриполитическую ситуацию стран региона, с целью укрепления позиций нефтебизнеса, даст дополнительный импульс застарелым этноконфессиональным конфликтам и открытию здесь новых фронтов джихада.
Идейной базой исламистского движения является, прежде всего, ваххабизм и реформаторский салафизм в его охранительной версии. Их объединяет не только идеализация раннеисламской общины пророка Мухаммада, основанной на принципе неразделенности религии и политики, но и, прежде всего, признание Корана и Сунны Пророка в качестве единственного источника правовых норм.
Проявления радикального исламизма характерны для определенных этапов исторического развития мусульманских народов в различных регионах мира. Механический перенос фундаменталистских ценностей на почву мусульманских государств способствовал социальной конфликтности радикальных исламистов и их отчуждению от широких масс населения.
«Чистый ислам» является привнесенной идеологией и не имеет прочных корней в массовом сознании. Более того, в основе исламизма лежат преимущественно Фундаменталистские, пуританские идеи возрождения «чистого ислама» (ваххабитов) и охранителей реформаторского толка («Братья-мусульмане» и близкие им группы), а это представляет опасность для традиционного образа жизни. Убитый американцами Бен Ладен безусловно вызывал симпатию мусульман в арабском мире благодаря своему противостоянию с США, но в то же время немногие хотели видеть его своим лидером.
Северный Кавказ. Сложная социально-экономическая ситуация, низкий уровень жизни, массовая безработица, коррупция на фоне высокой доли молодежи среди населения Северного Кавказа – все это придает взрывной характер сегодняшней обстановке в этом регионе. Молодые люди, не видя для себя перспектив устроиться на работу, реализовать себя, теряют интерес к учебе, испытывают неприязнь к власти. Для этого достаточно обратить внимание на характер терактов в этом регионе. Несмотря на то, что в них гибнут простые граждане, они главным образом направлены именно против силовых структур и местных властей. В стремлении отомстить обществу, в котором для них не находится достойного места, молодые люди, вставшие на путь джихадизма, отвергают принятые в нем родоплеменную мораль и религиозные традиции и пополняют ряды сторонников джихада. К экстремизму и терроризму как к последнему прибежищу обращается часть тех, кто не нашел места в жизни, в знак протеста против неприятия их обществом. Молодежь остается в «зоне отчуждения» от общества, выходит из правового поля. Именно на этом этапе поиска жизненных ориентиров молодежь легче усваивает идеи джихада в той трактовке, в какой его преподносят радикалы. Эти идеи на первый взгляд кажутся простыми и упорядоченными, для них характерно четкое разделение добра и зла. Преподносимый радикальными исламистами проект, где центральное место занимает борьба ислама, а с ним всего правого, истинного, против неверия, олицетворяющего все ложное и несправедливое, помогает молодым людям обрести цель в жизни. Эта идеология дает простые ответы на сложные вопросы. Пользуясь их слабым знанием арабского языка и религиозного учения, экстремисты подбирают отрывки из Корана таким образом, чтобы настроить молодых мусульман против родителей, семей и того общества, в котором они живут.
Анализ ситуации позволяет утверждать, что, пока существуют экономические, политические и социальные проблемы, возникновение протестных движений под исламистскими лозунгами возможно и впредь.
Стоит отметить, что среди северокавказских полевых командиров достаточно мало глубоко верующих мусульман, они скрывают свое равнодушие к религии под маской воинствующего ислама, призывая к джихаду против неверных, якобы захвативших исламские земли.
Радикалы от ислама меньше всего задумываются о теологических тонкостях исламской религии. Известный современный египетский исламский мыслитель Мухаммад Газали в очень резком тоне высказывается о них: «Я сыт по горло теми, которые едва знакомы с основными положениями Корана и злоупотребляют Сунной, игнорируя Коран. Они без колебаний обвиняют в неверии тех, кто не разделяет их взглядов». «Они студенты в субботу, учителя в воскресенье и профессора в понедельник. Нет сомнений, что во вторник они будут претендовать на роль улемов». «Ночь, которая воцарилась в исламском мире, произошла только из-за полуграмотных и полуобразованных деятелей, от их неправильного толкования ислама. В результате враги ислама на Западе и в Америке использовали это обстоятельство в качестве предлога для дискредитации и без того глубоко раненной религии».
До тех пор, пока исламские реформаторские движения не будут уделять должного внимания экономическим вопросам, они будут оставаться изолированными от общества.
У исламского Востока нет никакой возможности решить конфликт с Западом с помощью военной силы, поэтому он прибегает к террору, который, как и в других случаях, становится оружием слабых. Обращает на себя внимание тот факт, что многие террористы отнюдь не бедняки, они ведут борьбу ради идеи. Таким образом, не только бедность может выступать причиной терроризма. Несмотря на то, что цель радикальных исламистов - создание нового миропорядка под эгидой ислама - видится малодостижимой, тем не менее, их деятельность способна дестабилизировать и поставить под вопрос легитимность многих существующих режимов.
Факты свидетельствуют о том, что открытый силовой вариант прихода к власти исламистов не прошел в большинстве мусульманских государств. Насильственные действия со стороны исламистов вызывают обычно жесткий отпор со стороны правящих режимов. Поиск места ислама в современных условиях беспокоит не только мусульман различных государств. Этот процесс проходит и в арабо-мусульманских странах, и среди европейских мусульман. Большая часть молодых людей с достаточно умеренными взглядами не собираются бороться за пресловутое исламское государство, а ратуют за соблюдение исламских традиций и морали.
О роли СМИ. Следует отметить, что полное отождествление членов любого исламского джамаата с последователями исламского радикализма и тем более с террористами, как это зачастую делают СМИ, некорректно. Это только усиливает ощущение страха в обществе и увеличивает исламофобию, чего и добиваются исламисты.
О деятельности на Северном Кавказе правоохранительных органов. Стоит также отметить, что так называемые «зачистки», задержания, избиение верующих, закрытие мечетей представителями правоохранительных органов – неэффективны. Подобные меры по борьбе с радикальными идеями только вызывают обратную реакцию. Проблемы, которые ставит нынешняя эпоха перед молодыми мусульманами, свойственны всем ареалам распространения ислама. Не вызывает сомнений, что продолжение политики дискриминации в отношении молодых мусульман, резко снизив уровень веротерпимости в обществе, может стать одним из факторов, способных существенно дестабилизировать этнополитическую ситуацию на Северном Кавказе. Ставка только на силовые и административные методы решения проблем исламского фундаментализма может обернуться нетерпимостью к российскому государству. Для того чтобы пресечь подрывную деятельность исламистских группировок, в большинстве случаев достаточно применения силы. Однако исламский радикализм будет оставаться потенциальной угрозой стабильности государства до тех пор, пока не будут решены сложные социально-экономические и административно-политические проблемы региона. При этом, осуществляя общую программу восстановления и поддержания стабильности на Северном Кавказе, следует постоянно иметь в виду местную специфику и разный потенциал экономического развития отдельных территорий. Безусловно, необходима гибкая политика, учитывающая роль тейпов и тарикатов в Чечне, пестроту этнического состава и значение тарикатов в Дагестане, несбалансированность этно-национальных отношений на Северо-Западном Кавказе.
В борьбе с исламскими радикалами нельзя также игнорировать наличие серьезных противоречий между ортодоксальным мусульманским духовенством, которое в целом повсюду сохраняет твердые позиции, и носителями идей радикального исламизма. Следует иметь в виду, что между официальным исламом и тарикатами на Северном Кавказе сложился своеобразный модус вивенди – способ сосуществования. Местные органы власти на Северном Кавказе, хотя и видят в традиционном исламе свою опору, тем не менее, уделяют мало внимания развитию теоретической и материальной базы учебных заведений, осуществляющих подготовку кадров мусульманского духовенства. В самой системе подготовки духовенства наблюдаются уязвимые места, а на богословском уровне оно слабее подготовлено, чем их оппоненты, получающие идейную и политическую подготовку в известных центрах мусульманского Востока.
Только создав сеть авторитетных мусульманских научно-образовательных центров, можно избежать транзита молодых российских мусульман на арабский и мусульманский Восток, где они подвергаются индоктринации представителями исламистской идеологии, а возвращаясь в Россию, становятся активными миссионерами ваххабизма.
А.Смирнов
Выступление на III Всероссийской научно-практической конференции «Концепция противодействия терроризму в Российской Федерации. Комплексный подход к формированию и функционированию системы противодействия распространению идеологии терроризма».
18 октября 2012