26 марта 2015 г. наследный принц Mугрин бен Абдель Азиза Королевства Саудовской Аравии (КСА) обратился кпремьер-министру Пакистана Мухаммаду Наваз Шарифу с просьбой о присоединении к коалиции стран Персидского залива во главе с КСА против Йемена. С 26 марта 2015 г. ВВС коалиции наносят авиаудары по территории соседнего государства, которые контролируют хуситы. Вслед за бомбардировками ВВС планировалась наземная операция, в которой предполагалось участие союзнических войск (Египта и Пакистана).
В тот же день глава кабинета министров Пакистана сделал заявление о «безоговорочной военной поддержке» действий коалиции. Порыв и эмоциональность слов первого лица Пакистана объясняется несколькими обстоятельствами:
- давним покровительством королевской семьи клану Шарифов и лично Мухаммаду Наваз Шарифу (в 2000 г. в период правления генерала П.Мушаррафа ему было предъявлено обвинение и именно Эр-Рияд выступил в его защиту, предоставив убежище на долгих семь лет);
- КСА один из основных финансовых инвесторов Исламабада, включая его ядерную программу (например, в 1999 г. Саудовская Аравия бесплатно поставила сырую нефть Пакистану, учитывая сложное экономическое положение страны в результате введенных санкций США в ответ на ядерные испытания в мае 1998г.);
- 1.7 млн пакистанцев направляют денежные переводы на родину, работая в различных секторах экономики королевства.
28 марта 2015 г. в связи с ухудшением ситуации с правопорядком в Йемене и в соответствии с указанием премьер-министра, правительство Пакистана предприняло меры для срочной эвакуации из Йемена членов пакистанской общины и сотрудников посольства».
События в Йемене, авиаудары по позициям шиитов-хуситов вызвали в Пакистане неоднозначную реакцию: резкие протесты шиитской общины; безоговорочное одобрение действий Эр-Рияда; призыв к мирному урегулированию конфликта.
Власти Пакистана опасаются, что поддержка военной интервенции Саудовской Аравии в Йемен может спровоцировать очередную волну межконфессиональных столкновений в стране. В 2014 г. участились нападения на представителей религиозных меньшинств и члены ведущей шиитской организации Маджлис-и-Вахдат-и-Mуслимиин предупредили, что нападение на Йемен представляет угрозу для мусульманской уммы.
Далее, события на Ближнем Востоке спровоцировали раскол и в суннитском сообществе Пакистана (98% населения страны – сунниты). Саед Саид, лидер Джамаат-уд Дава выразил солидарность с «…КСА против угрозы, исходящей со стороны Йемена»; другая праворелигиозная партия Джамаат-и-улемы-и-Ислам-Фазл (представлена в обеих палатах парламента) выступила в защиту «святого города». Руководство праворелигиозной партии Джамаат улемов-и-Пакистанзаявило, что Саудовская Аравия приняла меры в одностороннем порядке без учета мнения мусульманского мира и без созыва Организации исламских государств. Одновременно Совет движения суннитов обратился к правительству держаться подальше от политики какой-либо страны и приложить усилия для мирного урегулирования кризиса.
Поспешность, с которой глава кабинета министров Пакистана выступил на стороне Саудовской Аравии в Йеменском кризисе, в очередной раз бросила тень на его имидж как главы исполнительной власти страны. Дальнейшие события поставили под сомнение выполнение Исламабадом данных обещаний.
30 марта 2015 г. МИД Пакистана выступил с официальным заявлением, в котором подтверждалась поддержка суверенитета и территориальной целостности Саудовской Аравии, стремление Исламабада играть значимую роль в предотвращении ухудшения ситуации на Ближнем Востоке и содействие скорейшему урегулированию кризиса и укреплению мира и единства мусульманской уммы, а также призыв к Организации Объединенных Наций, ОИС и международному сообществу сыграть конструктивную роль в поиске политического решения кризиса.
Парламентская оппозиция в Пакистане после анализа текущей ситуации на Ближнем Востоке пришла к выводу об отсутствии необходимости защиты святых мест на территории КСА. Военная агрессия коалиции стран Персидского залива против Йемена своей пропагандистской составляющей выдвигала тезис о протекции Мекки и Медины на своей территории от вероятных нападений шиитов-хуситов Йемена, в то время как сама наносила авиаудары по территории соседней суверенной страны. Именно этот тезис был использован премьером М. Наваз Шарифом, когда заявлял о безоговорочной поддержке военных действий против Йемена для защиты территориальной целостности КСА.
Таким образом, оппозиция в Исламабаде подчеркнула, что «Йеменская война, это не война Пакистана, и, соответственно, национальная политика должна строиться, во-первых, с учетом этой ситуации, и, во-вторых, при консультации со всеми политическими партиями, а не руководствоваться решением одного человека». «Пуштуны перенесли много страданий из-за решения правительства ввязываться в чужую войну в Афганистане. Правительство повторяет ту же ошибку, намереваясь направить войска в Йемен», – заявил лидер Народной национальной партииАсвандьяр Вали Кхан.
В настоящее время на территории Саудовской Аравии, согласно заявлению министра обороны Пакистана Х. Асифа, находятся немногим более 1 000 пакистанских военнослужащих. Из них 750 – на ротационной основе, и представлены в основном инструкторами. Пакистан поддерживает многолетнее военно-техническое сотрудничество с КСА. По заявлению директора Департамента по связям с общественностью штаба сухопутных войск Пакистана генерал Асим Баджва, на территории КСА с 19 марта 2015 г. проводятся совместные учения под кодовым названием ExSamsam-5. Пакистанские и саудовские СМИ подчеркивали важность ежегодного проведения подобных операций на протяжении последних десяти лет. В 2014 г. они прошли на территории Пакистана недалеко от Джелума.
Сейчас учения ExSamsam-5 проходят недалеко от саудовского города Таиф в сложной горной местности. В них задействованы королевские ВВС, сухопутные войска авиации, подразделения пограничных войск Королевства Саудовской Аравии и 292 пакистанских военнослужащих из состава сил специального назначения. Официальная цель учений – поддержание тесных военных связей с Саудовской Аравией и обмен опытом. Ставка сухопутных войск Пакистана с самого начала отрицала оперативную дислокацию войск в СА. Очевидно, что направление пакистанского спецназа и учения были согласованы еще в первых числах февраля 2015 г. во время визита в КСА генерала Р. Махмуда, Председателя Объединенного комитета начальников штабов Пакистана, в преддверии военной агрессии коалиции стран Персидского залива.
Отвечая на вопрос о возможной наземной операции в горной пограничной зоне между Саудовской Аравией и Йеменом, представитель коалиции Ахмед аль-Асири высказал готовность: «если ситуация требует наземной операции, то это произойдет,… наши сухопутные войска хорошо обучены и горные районы не будут препятствием для достижения наших целей…».
Опыт военного и военно-технического сотрудничества между Эр-Риядом и Исламабадом, начиная с 60-х годов ХХ века подтверждает, что Равалпинди (место расположения штаба сухопутных войск Пакистана) направляет в Саудовскую Аравию командный и младший командный состав офицеров. Не стал в этом плане исключением и 2015 г.
Вопрос о дополнительном количестве пакистанских военнослужащих для отправки в регион Персидского залива поставлен на рассмотрение гражданских властей совместно с политической оппозицией.
Несколько факторов, свидетельствовавших о «благовидном» отказе военно-политического истеблишмента Пакистана от участия в действиях ближневосточной военной коалиции в Йемене:
- значительная часть войск федеральной армии в настоящее время задействована в военной операции против боевиков в ряде агентств зоны пуштунских племен на границе с Афганистаном (также с апреля 2015 г. начата операция по возвращению временно перемещенных лиц обратно в Северный Вазиристан; организация переброски местных жителей требует дополнительного количества военнослужащих);
- активизация талибов в соседнем Афганистане и их угроза правительству национального единства. Для Пакистана это вновь создает опасность трансграничных переходов боевиков, и, соответственно, мобилизации внутренних сил для отражения. По признанию президента Ашрафа Гани, «после президентских выборов в сентябре 2014 г. талибы предпринимали попытки свергнуть новое правительство…, в краткосрочной перспективе 2015 год для Афганистана будет очень трудным – впереди тяжелая битва».
Таким образом, Ближний Восток становится очередным мировым центром военных столкновений с участием региональных государств. Главным его финансовым центром выступает Саудовская Аравия, в то время как основной ударной силой – египетская армия. Дополнительная военная поддержка Равалпинди означает втягивание Исламабада в новый военный конфликт, бушующий далеко за пределами государственных границ, что не отвечает национальным интересам Пакистана.
Наталья Замараева, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник сектора Пакистана Института востоковедения РАН
12.04.2015
Источник: ru.journal-neo.org
Пакистан и «Решительный шторм» в Йемене
Официальный Исламабад намерен уклониться от активного участия в военной операции против Йемена.
Пакистанский премьер Наваз Шариф обязан Саудитам жизнью и финансовым благополучием своего клана. Именно благодаря вмешательству Эр-Рияда, вынесенный ему Верховным судом Пакистана в 2001 году смертный приговор за «государственную измену» был заменен на высылку из страны. Более того, благосклонность правящих кругов приютившей его Саудовской Аравии самым положительным образом сказалась на оборотах семейного бизнеса Шарифа.
Однако к немалому раздражению Эр-Рияда выясняется: для того чтобы «затащить» Пакистан в Йемен, тесных связей с премьером недостаточно. Переговоры об активном участии Исламабада в «антитеррористической операции» против хуситов Саудиты без особого успеха ведут с марта 2014 года. С началом авиационных ударов по Йемену «коалиции решительных» Эр-Рияд, что называется, поставил вопрос ребром: когда и какими силами? В ответ премьер Шариф продемонстрировал фигуру высшего политического пилотажа:сделал ряд громких и воинственных заявлений о поддержке «Решительного шторма», после чего передал вопрос о формах участия страны в этой операции на рассмотрение парламента, где его вот уже неделю обсуждают так¸ что это больше похоже на говорильню, чем на выработку конкретных мероприятий.
Судя по всему, пакистанские парламентарии намерены вести себя так и дальше, дожидаясь пока либо Эр-Рияд откажется от наземной операции, либо враждующие в Йемене силы как-то договорятся между собой.
Прибывший в Пакистан во главе делегации из двадцати двух дипломатов, военных и других специалистов министр иностранных дел Ирана Джавад Зариф в ходе закончившихся 9 апреля ирано-пакистанских консультаций по ситуации в Йемене так и не добился от властей в Исламабаде ответа на вопрос, какую позицию они займут по отношению к «Решительному шторму». Точно в таком же положении оказался и Эр-Рияд. Воинственная риторика Шарифа двухнедельной давности, когда он высказал свое одобрение и поддержку «коалиции решительных» и говорил о том, что для его страны «безопасность земли Двух святынь имеет первостепенное значение», так и не перешла в практическую плоскость. Слова остались словами.
Не говоря об этом прямо, Пакистан уже принял решение в отношении участия в саудовской авантюре в Йемене: переждать «шторм» в стороне, ограничив свою поддержку ничем не обязывающими декларациями и такими шагами, которые не повлекли бы серьезных последствий для успешно проводимой Исламабадом политики балансирования между Саудовской Аравией и Ираном.
Военно-политический союз Королевства и Пакистана – явление для Ближнего и Среднего Востока уникальное хотя бы по своей продолжительности. В 1967 году была запущена действующая ныне Двусторонняя программа сотрудничества между вооруженными силами двух стран, а сам союз не раз доказывал прочность и взаимовыгодность. Как это было, например, в 1969 году во время столкновений за оазис Аль-Вадеях между войсками Саудитов и Народной Республики Южный Йемен. Или в 70-е, когда благодаря пакистанским военным, которых оплатила Саудовская Аравия, королю Иордании удалось выбить из страны Организацию Освобождения Палестины Ясира Арафата, решившую короля свергнуть, а на обломках Хашимитской династии создать своё государство.
Общеизвестно участие Эр-Рияда в создании пакистанского ядерного оружия и совместных операциях против СССР в Афганистане. Ещё в декабре 1982 года была учреждена Организация пакистано-саудовских вооруженных сил со штаб-квартирой в столице Королевства.
С этого времени на «земле Двух святынь» постоянно находятся от 700 до 1000 пакистанских военных и «инструкторов по вопросам безопасности». А ближневосточные частные военные компании, в отличие от американцев не афиширующие свою деятельность, с радостью заключают контракты с отставниками из пакистанской армии, разведки и специальных сил для выполнения деликатных миссий в интересах Эр-Рияда и всего «священного союза» монархий Персидского залива.
Сегодня Саудовская Аравия является третьим по величине торговым партнером Исламабада. Только официальная финансовая помощь Пакистану из Королевства за 2014 год составила 1,5 миллиарда долларов, не считая пожертвований из различных исламских фондов на программы социально-экономического развития. Легальных «трудовых мигрантов» из задыхающейся от безработицы и безденежья страны в «земле Двух святынь» более двух миллионов, и их денежные переводы семьям в Пакистане – еще один важный штрих к тесным связям Исламабада и Эр-Рияда.
Есть и более весомый фактор. Пакистанские вооруженные силы давно уже рассматриваются Саудитами как один из элементов военного строительства. Тратя десятую часть ВВП на закупки оружия, Эр-Рияд достиг того уровня, когда армейские запасы избыточны и превышают все разумные потребности. Количество тех же танков в Саудовской Аравии превышает количество подготовленных для них экипажей из местных военнослужащих. Объяснение очень простое: если понадобится, нужное количество экипажей предоставит Пакистан.
На прошедшем 9 апреля многолюдном митинге в Исламабаде, организаторами которого были религиозные партии и организации суннитского толка, а костяк присутствующих составили студенты многочисленных медресе, сменявшие друг друга ораторы призывали поддержать операцию Саудитов в Йемене. Глава «Джамаат уд Дава» Хафиз Мохаммад Саид прямо заявил, что если парламентарии не примут решения о военной поддержке «Решительного шторма», они проиграют следующие выборы. «Если Шариф забыл о той милости, которую династия Саудов оказала лично ему и его семье, то пакистанский народ не забыл ничего. Ни помощи Эр-Рияда в афганском джихаде, ни благодеяний королевского дома в восстановлении страны после землетрясения 2005 года, ни полутора миллиардов долларов, полученных от благословенного королевства», - заявил лидер «Джамаат уд Дава».
Однако на пакистанские власти, на военных и светскую оппозицию подобные аргументы в пользу участия в йеменской авантюре Саудитов и других членов «священного союза» монархий Залива не действуют. Чувство благодарности и верность союзническому долгу Пакистана в ситуации с Йеменом уступают голому прагматизму и политическому реализму. Разумеется, Исламабад учитывает, что активная поддержка «Решительного шторма» вызовет недовольство Пекина и откровенное раздражение Тегерана. Впрочем, иранская реакция здесь не самое главное: в отношениях между двумя странами за последнее время и без того накопилось большое количество «подводных камней» - от газового вопроса до пограничных проблем.
Пакистан дистанцируется от коалиции, прежде всего, по внутриполитическим причинам. Война с исламистами в Северо-Западном Пакистане, на территории «Зоны племён» и провинции Хайбер-Пахтунхва приобретает всё более ожесточенный характер, требуя всё новых денег и военных ресурсов. Начало «Решительного шторма» совпало с кровопролитными боями в рамках операции «Хайбер-II», когда, несмотря на численное и техническое превосходство пакистанской армии, боевикам удалось потеснить регулярные части с занятых ими позиций в долине Тирах.
Главная же причина сдержанности Исламабада в йеменском вопросе заключается в том, что из почти 190-миллионного населения страны шиитов в Пакистане, по оценкам, от 30 до 40 миллионов человек. По сути, это каждый пятый житель страны. Боязнь того, что из-за вторжения в Йемен вскроется постоянно кровоточащая рана Пакистана - суннито-шиитское противостояние – перевешивает в глазах Исламабада все обещания Саудитов о щедром финансовом вознаграждении в виде инвестиций и беспроцентных кредитов.
Мушахид Хуссейн Саед, глава пакистанского парламентского комитета по внешним связям, открыто заявляет: «Посылать наши войска для участия в йеменской гражданской войне было бы безумием высшего порядка». Ему вторит сенатор Музаффар Хуссейн Шах: «Пакистан не может и не должен стать частью этой операции. Это не наша война».
«Мы готовы оказать Эр-Рияду любую помощь в случае прямой угрозы безопасности, стабильности и территориальной целостности Королевства», - говорит подавляющее большинство пакистанских политиков. Однако саудовская авантюра в Йемене, по их мнению, под это определение не подпадает.
Игорь Панкратенко
12.04.2015
Источник: Фонд стратегической культуры