Современная молодежь разуверилась в свободе и демократии. В век технологического прогресса многие даже не стремятся найти работу или обзавестись семьей. В довершение всего — искусственный интеллект, который грозит заменить людей во многих отраслях. Такое чувство, что молодежь все больше сходит с ума. Пугающе значительная ее часть сочувствует террористам, напавшим на Израиль, ратует за немедленный отказ от ископаемого топлива и мечтает об окончательном стирании половых различий. Все эти точки зрения тревожны сами по себе, но они отражают и недуг более глубинный — аполитичный по своей сути распад социальных норм, увядание личного общения, упадок элементарной грамотности и крах логического мышления.
Такой диагноз современной западной молодежи дает британский Spiked. Социальная деградация, желание отдыхать, а не работать, нигилизм по отношению к традиционным ценностям и семье – об этих тенденциях, беспокоящих западное общество, да и нам не чуждых, рассуждает обозреватель REX Владимир Павленко.
Причина не в молодежи, а в элитах. Именно они вложили в эти неокрепшие умы перечисленную авторами радикальную триаду: внутренний экстремизм к существующему порядку, «зеленый» экстремизм «устойчивого развития», гендерный экстремизм, опять-таки замешанный на отрицании всего традиционного, считает политолог. Для чего? Кредо западного проекта в том виде, в котором он осуществляется, — «конец истории» Фукуямы, замешанный на «столкновении цивилизаций» Хантингтона; в религиозной эсхатологии – «Конец Времен».
Дорожная карта этого проекта была опубликована Римским клубом в 70-80-х годах прошлого века в серии докладов, нарисовавших «мир будущего», как он видится глобалистским элитам. Главное, исходное положение – это доклад «Пределы роста» 1972 года, подготовленный группой Медоуза в Массачусетском технологическом институте. Два положения: остановка промышленного развития уровнем 1975 года – концепция «нулевого роста» и ограничение рождаемости – не более двух детей в семье. А лучше один. Памятная китайская программа «одна семья – один ребенок», которая привела к катастрофическим последствиям в плане старения нации, – продукт именно тех структур, которые вложили Римскому клубу эти идеи. В частности, рокфеллеровского Совета по народонаселению, соединяющего в своей практике идеи Дарвина (естественный отбор), Гальтона (евгеника как расовое программирование), Мальтуса (генетический контроль рождаемости), подчеркивает эксперт.
Что такое «конец истории»? Окончательное разделение человечества на две даже не касты, а на два биологических подвида – люди и «недолюди» (по-нацистски, «untermenschen»). Эта тема десятилетиями обкатывалась в произведениях фантастики, их десятки, назову только три наиболее классических – «Машина времени» Г. Уэллса, «Гиперболоид инженера Гарина» А.К. Толстого, «Час быка» И.А. Ефремова. «Элои и морлоки», «новые патриции и рабочие лошади», «долго- и короткоживущие». Откуда абсолютизация агрессивной идеологии экологизма – не путать с экологией и экологической безопасностью? Оттуда, что широко пропагандируемые ВИЭ – возобновляемые источники энергии – ветряки и солнечные панели – потянут только 500 млн человек, остальных нужно убрать, как ненужных едоков. Только господа и обслуживающий персонал. Больше – никого. «Либо снизить рождаемость, либо дать вырасти уровню смертности», - императив «Пределов роста», напоминает Павленко. Прямо так и записано!
Какой путь к этому? Войны, эпидемии, голод и т.д. – пресловутые «всадники апокалипсиса». Но, строго говоря, вариантов два – жесткий и мягкий. Первый – наброшенная на мир сеть мегаполисов, соединенных первоклассными коммуникациями, — это «глобальный город». Между ними – «глобальная деревня», территория архаики и регресса с нетронутой девственной природой – резервом устойчивости глобальной биосферы, вымирающим населением и охраняемыми усадьбами «патрициев». Второй путь – более изощренный. В конце января в Давосе Клаус Шваб представил концепцию «пятнадцатиминутных городов». Мегаполис делится на сектора, в каждом самодостаточная инфраструктура шаговой доступности. Сектора огораживаются, выход из них строго ограничен – по аусвайсу. Образования нет, работы нет, вместо денег – базовый доход в цифровой форме для приобретения «альтернативной белковой пищи» - из мух и сверчков. Фантазия? Цифровой рубль – раз, сверчковая мука – два, маршруты транспорта с буквенными литерами – на каждую свой аусвайс – три. Живи в гаджете, ешь «альтернативный белок», сиди в территориальной самоизоляции. Ездить нельзя, ходить некуда, собственности, как уже обещают – не будет, и «вы будете счастливы» на условном «каршеринге». «Пятнадцатиминутные города» - продвинутый вариант «ковидопандемии», более ранней версии этого проекта, которая стоит «на запасном пути», как «бронепоезд» глобализма. "Через сколько поколений полное вырождение? Два или одного хватит?" – констатирует Павленко.
А почему именно так? Ну, во-первых, «Боливар возобновляемой энергетики» не выдержит больше полмиллиарда, уже отмечали. Но главное другое: классический капиталист индустриальной эпохи да, эксплуатировал, но он и заботился о воспроизводстве рабочей силы. Иначе некого будет ставить к станку. В эпоху цифровой роботизации роботы «едят людей» точно также, как их «съели» овцы времен английской промышленной революции – лишают средств к существованию. Не нужна больше рабочая сила, ее кормить нужно, а работают роботы, которые не болеют, не едят, зарплату не получают, не бастуют, улучшения условий не требуют, социальной инфраструктуры – школ, детсадов и пр. - тоже. Отсюда это человеконенавистничество с принудительной депопуляцией. Причина того, почему из этого кризиса цифровизации, масштабы которого мы пока не осознаем, нет иного выхода? Ответ элементарный: капитализм! Там, где господствует частная инициатива и монопольно-рыночное начало, актуально изречение Карла Маркса о том, что при трехстах процентах прибыли нет такого преступления, на которое капитал не пошел бы даже под страхом виселицы. Для того, чтобы население не было обузой прогрессу и динамично развивалось вместе с ним, нужен другой социальный порядок, социальный строй, управляемый не рынком, а планом. Никакого противоречия! Рынок - не альтернатива плану, а всего лишь инструмент перераспределения ресурсов в его рамках, — читайте доклад Си Цзиньпина XIX съезду КПК, 2017 год, предлагает эксперт.
Так что британское СМИ зря критикует молодежь, которая не виновата в том, что ей все эти ее пороки буквально навязываются окружающей объективной реальностью. Не надо принимать за оригинал «зеркало», в котором отражается «кривая рожа» капиталистического глобализма, резюмирует обозреватель REX.
Владимир Павленко