Один из самых обсуждаемых в Казахстане законопроектов «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты по вопросам религиозной деятельности и религиозных объединений» на минувшей неделе снова наделал много шума. На сей раз недовольство немалой части общественности вызвало решение его разработчиков прописать в документе, какие бороды должны носить казахстанские мужчины, чтобы не попасть под запрет «на публичную демонстрацию признаков деструктивных религиозных течений».
Хотя, надо признать, возмущение длилось недолго. Граждане, уже привыкшие к, мягко говоря, неоднозначным, а порой и вовсе фантастическим идеям наших чиновников, отнеслись к новой инициативе скорее с сарказмом, нежели всерьез. Похожая реакция, к примеру, наблюдалась на недавние предложения сенатора Дариги Назарбаевой выдать каждому акиму вертолет или открыть в стране военный телеканал. Уж кто-кто, а чиновники такого ранга должны «фильтровать» свои высказывания. И тем более это касается религиозной сферы. Какое-то время в воздухе даже витало ожидание, что вот-вот Нурлан Ермекбаев выступит с опровержением: мол, не совсем удачно сформулировал свою мысль или журналисты вырвали его слова (сказанные, кстати, в кулуарах) из контекста. Но ничего подобного не произошло. А значит, положение «о бородах» собираются-таки внести в законопроект! И хотя министр утверждает, что характерная борода, так же, как укороченные штаны и одежда, закрывающая лицо, будут рассматриваться не в отдельности, а в комплексе (в рамках специальной экспертизы на причастность к деструктивной религиозной деятельности), трудно себе представить, как все это будет применяться на практике. С одной стороны, затея выглядит бессмысленной и бесполезной, вроде намерений властей организовать рейды по домам и проверять у граждан наличие регистрации или переодеть всех чиновников в одежду и обувь отечественного производства. Но, с другой стороны, под столь расплывчатую формулировку можно ведь подвести все что угодно и, главное, кого угодно... Не пора ли уже отвлечься от внешнего вида казахстанских мусульман и направить силы на реальную борьбу с религиозными экстремистами? Впрочем, мусульманский общественный деятель Мурат Телибеков призывает граждан с пониманием отнестись к мерам, предлагаемым Министерством по делам религий и гражданского общества РК. «Перед властями не стоит задача – дискредитировать ислам. Цели преследуются иные. Мир находится в условиях террористической угрозы. Эта глобальная проблема распространяется сегодня и на Центральную Азию. Используя исламские лозунги, нечистоплотные политики пытаются реализовывать свои интересы. Это происходит практически повсюду. Именно религиозные фанатики используются в качестве «пушечного мяса» для дестабилизации политической обстановки в стране», – отмечает он в своем очередном обращении. Как считает Мурат Телибеков, определенные ограничения, вводимые правительствами многих стран, носят временный характер. «Как только угроза религиозного экстремизма будет окончательно устранена, отпадет необходимость в жестких законах, – уверен он. – Сегодня власти вынуждены принимать непопулярные меры. Когда на весах стоят права человека и национальная безопасность, приоритет отдается, прежде всего, устранению угрозы для жизни людей. Подобный подход наблюдается практически во всех странах с развитой демократией». А вот что думают по этому поводу некоторые политологи.
Серик Бельгибай, независимый политолог: «В Казахстане борются с тем, чего, по сути, нет»
– Идея контролировать длину бород только на первый взгляд кажется фантастической. На самом деле к этому давно уже шло, и в перспективе мы услышим еще много интересного из этой оперы... Вы спрашиваете, откуда и с какой целью появляются столь странные идеи? Причин тому много. Но одна из главных – это полное отсутствие контроля со стороны общества. Наши министры, да и другие высокопоставленные госслужащие практически не зависят от общественного мнения. Они отчитываются лишь перед тем, кто их назначил. А при ручном контроле уследить за всеми (каждым словом) невозможно. Вот почему в цивилизованных странах контроль за политиками осуществляет общественность, а не те, кто посадил их в то или иное кресло. Впрочем, в каждой глупости есть своя логика. И если понять причины начинающейся «охоты на бороды» и в целом борьбы с деструктивными религиозными течениями, то будет совсем не до смеха… Немногие сейчас помнят, как все начиналось. Первой ласточкой было давление на мелкие суфийские секты еще в начале 2000-х годов. И только потом главными экстремистами были названы представители салафитских течений... На самом деле одна из причин кроется в мощном влиянии на наше общество со стороны российских СМИ. Еще с 1990-х годов в РФ нагнетается волна, формирующая негативный образ так называемых ваххабитов. Начало положила война в Чечне, а далее ситуация развивалась уже сама по себе. Именно под влиянием этой пропаганды в Казахстане стали бороться с тем, чего, по сути, нет – религиозным экстремизмом. Да, я считаю, что у нас нет религиозного экстремизма, но при этом есть нетрадиционные верующие. Они-то и стали объектом преследования. Причем счет погибшим в странных «антитеррористических операциях», лишившимся жизни и здоровья в тюрьмах или просто отбывающим срок идет уже на многие сотни. Другая причина – негативное отношение к верующим мусульманам в целом. Здесь сильный отпечаток нанесла борьба с религией, которая велась в советское время. Ислам так и не смог укорениться в Казахстане. Для основной массы нашего населения, живущей в российском информационном пространстве, образ практикующего мусульманина с бородой, с женой в хиджабе – однозначно негативен. И этот негатив лег на хорошую почву. Официальный ислам, борясь со своими критиками, подключился к этим процессам. Спор между верующими в рамках одной религии так и остался бы просто спором, но на стороне одной из групп начали выступать государство и спецслужбы. В итоге полилась кровь. Теперь в обществе постоянно тиражируется образ враждебного ислама. Создано целое министерство по делам религий, которое фактически и руководит официальным исламом. Муфтият играет, скорее, формальную роль. То есть давление идет уже на обычный, официальный ислам. Ведь ограничения, касающиеся мусульманской одежды, а также стремление регулировать длину бород в стране, где большинство населения называют себя мусульманами, затрагивают интересы не только «сектантов», но и всех верующих. При этом конституционные принципы свободы совести, презумпции невиновности в расчет не берутся. К чему это, в конце концов, приведет? Скорее всего, к реальной, а не мнимой радикализации. У нас власть живет в своем мире, в чужом информационном пространстве. Но Казахстан – не Россия. У нас своя реальность, и она неизбежно будет вступать в противоречие с другой. Кто победит в этой борьбе – догадаться несложно/
Султанбек Султангалиев, политический аналитик:«Полицейский контроль здесь совершенно бесполезен»
– Заявления, исходящие в последнее время от Министерства по делам религий и гражданского общества, меня, откровенно говоря, сильно удивляют. Я имею в виду весьма спорный тезис о возможности открытия частных религиозных школ, а также последнее выступление Нурлана Ермекбаева относительно мужских бород. Конечно, это была просто, скажем так, неудачная фраза в очень логичной, если брать в целом, речи министра, но сама нелепость формулировки, конечно же, взбудоражила общественность. Возникший ажиотаж, местами гневный, но в основном носящий характер откровенного стеба, вполне объясним, особенно если учесть, что казахстанцы привыкли ожидать от нашей бюрократии самых нелепых и чудовищных по своей глупости решений. И эти ожидания, к сожалению, нередко сбываются. Я еще понял бы, если бы Министерство национальной экономики или Минфин выступили с инициативой налогообложения любителей волосяного покрова на лице. Это примерно их уровень креативного государственного мышления. Но от опытного и умного министра, чье ведомство активно и без провалов проработало весь прошлый год, я не ожидал ничего подобного. К сожалению, даже умные чиновники высшего ранга допускают в своих выступлениях досадные промахи. Поэтому я воздержусь от легкомысленного стеба и предлагаю посмотреть на ситуацию под несколько иным углом зрения. С одной стороны, налицо желание привести в какое-то соответствие дизайн бород наших соотечественников. С другой, контроль за этим возлагается на сотрудников полиции, которые, видимо, досконально разбираются в тонкостях мусульманского вероучения и его многочисленных течений, а значит, в силу своих глубоких познаний имеют право определять, кем является тот или иной бородатый мужчина – экстремистом или же законопослушным верующим. И если суммировать эти две составляющие, то можно сделать вывод, что мы имеем дело не столько с оговоркой, сколько со стилем мышления, который подразумевает жесткий контроль над всем и вся в обществе. Однако не думаю, что такой подход, более оправданный,например, в антикоррупционной деятельности, способен принести какие-либо положительные результаты в борьбе с распространением экстремистских идей. Любое религиозное вероучение, вне зависимости от степени его официального признания или суммы навешиваемых на него ярлыков, – это мировоззрение конкретного человека, спаянный комплекс идеологем, управляющих жизнью и поведением индивидуума. И полицейский контроль здесь совершенно бесполезен и неуместен. В борьбе за сердца и умы людей конкурировать с той или иной идеологией можно лишь предложив другую идеологию, но только не посредством линейки и парикмахерских ножниц. Ведомство Нурлана Ермекбаева – это ведь не только министерство по делам религий, но и гражданского общества. А обществом как никогда востребована пока еще отсутствующая государственная идеология, на базе которой многонациональное и многоконфессиональное народонаселение Казахстана смогло бы почувствовать себя единым народом, одной политической нацией.
Сауле Исабаева
06.02.2018
Источник: camonitor.kz