Террористическая угроза остается одним из факторов, который определяет состояние общественного сознания в РФ. Как выяснили социологи«Левада-центра», только 18% респондентов считают, что новые теракты не повторятся в ближайшее время. В свою очередь 66% полагают, что подготовка очередных терактов возможна.
38% опрошенных верят в способность спецслужб и МВД защитить граждан от террористической угрозы. При этом 49% полагают обратное. По сравнению с первой половиной 2000-х страх перед терактами испытывает 71% респондентов. Это обеспечивает широкую поддержку антитеррористических мер. В качестве панацеи выступает ужесточение наказания (56%). Далее следует повышение качества оперативной работы спецслужб (40%). Только 33% верят в то, что корни терроризма кроются в социально-экономических причинах, которые необходимо устранить. За расширение полномочий правоохранителей выступают 27% граждан.
Публицист Андрей Паршев считает, что информационная функция - это один из главных побудительных мотивов в совершении терактов.
- Все теракты и устраиваются для того, чтобы информация о них разошлась как можно шире. Собственно говоря, сам термин «террор» обозначает «ужас». В этом смысле инициатива Жириновского, который предложил ограничить освещение терактов в СМИ, не лишена оснований.
«СП»: - Как выявил опрос «Левада-центра», российская общественность выступает за ужесточение наказания как меры по профилактике террора. Можно ли победить это зло путем «завинчивания гаек»?
- Следует отдать должное, наши люди весьма разумны. Социально-экономические проблемы это не главная причина терроризма. Достаточно наивно полагать, что человек идет уничтожать себе подобных только по причине невысокой зарплаты. Конечно, ситуация бы выглядела намного лучше, если бы у нас было меньше безработной молодежи, которая не знает, куда девать силы. В данном случае я согласен с vox populi (глас народа). Необходимо жесткое и неотвратимое наказание. Самих смертников карать нет смысла – они сделали свой выбор. Возмездие должно настигнуть причастных и организаторов. Вообще, устрашать нужно организаторов, а не непосредственных исполнителей. События в Волгограде - это вообще «классика жанра». Правоохранительные органы занимались борьбой с «русским фашизмом», запрещали фантастические книги и неоязыческую литературу. Если наши спецслужбы ориентированы только на такие «противоправные деяния», это приводит к тяжелым последствиям для всего народа.
В беседе с корреспондентом «СП» директор Центра политологических исследований Финансового университета при правительстве РФ Павел Салин высказал мнение, что теракты в Волгограде демонстрируют неспособность власти нейтрализовать террористическую угрозу.
- В это время Олимпийские игры в Сочи уже были «на носу». Очевидно, что под прицелом террористов должны были оказаться южные регионы России. Несмотря на то, что на предотвращение терактов были брошены колоссальные ресурсы, власть не смогла нейтрализовать эту угрозу. Наверное, граждане не слишком четко вербализируют эту логику, но, тем не менее, понимают следующее. Даже если власти сильно «напрягаются», они не способны обеспечить безопасность граждан. Отсюда такой скептический взгляд на возможность предотвращения террористической угрозы.
«СП»: - 49% респондентов полагают, что силовики не спасут их от терактов…
- Это свидетельствует о недоверии к институтам государства. Власть по определению должна обеспечивать потребность в безопасности. Правление Путина в этом смысле отличалось в выгодную сторону от прежнего режима. Владимир Владимирович выгодно контрастировал на фоне допущенных поздним Ельциным терактов в Волгодонске и Москве. Он удовлетворил базовый запрос населения на безопасность. Помимо прочего, нынешний лидер «замирил Кавказ» (пускай и на недолгое время). Но сегодня власти рискуют наступить на те же «грабли», что и режим Ельцина.
«СП»: - Российское общество выступает за ужесточение наказания, и только 33% полагают, что нужно устранять социально-экономические условия, которые порождают терроризм.
- Печально, что подавляющее большинство выступает за «закручивание гаек». Правоприменительная практика свидетельствует о том, что на предотвращение преступлений влияет не жесткость наказания, а его неотвратимость. Именно с этим у нас есть проблемы. Я опасаюсь, что большинство граждан попали «под каток» государственной пропаганды. Власть сталкивается с вызовами, на которые не может отреагировать. Это не только терроризм, но и ситуация в межнациональной сфере. Вместо того, чтобы искать точечные инструменты воздействия на ситуацию, государство делает ставку на «закручивание гаек». По принципу, если у нас есть проблема и она не решается, нужно вдвое-втрое увеличить наказание и проблема сама по себе «рассосется». Хотя я бы поставил на место качество оперативной работы. Потому что такого рода преступления должны выявляться на стадии подготовки.
Как только террорист-смертник попадает в крупный населенный пункт, от взрыва может спасти только случайность. Например, десять лет назад в Москве террористка сама случайно подорвалась. А вообще, ключ по борьбе с терроризмом - оперативная работа. Строго говоря, теракты в Волгограде стали возможны из-за того, что была провалена работа на оперативном уровне.
«СП»: - Стоит ли сводить корни террора к социально-экономическим проблемам?
- Северокавказский регион переживает демографический взрыв. Здесь очень велика доля молодежи, которая не находит себе применение на рынке труда. Очевидно, что это выступает в качестве фактора радикализации. Собственно говоря, революция 1917 года была возможна в силу того, что численность молодежи в возрасте до 25 лет составляла 50%, а молодым людям свойственно действовать радикальными методами.
Масс-медиа сегодня стремительно развиваются, а власть утратила на них монополию. Если бы власть на 100% контролировала информационное пространство, можно было бы принять к реализации совет об ужесточении мер. А так получается, что молчание провоцирует реакцию общественности. Как говорится, слухами полнится Интернет. А его технически невозможно полностью перекрыть. Если власть будет давать информацию «по-минимуму», этот минимум будет заполняться неправдоподобными слухами.
Депутат Госдумы Вячеслав Тетекин отмечает, что в последние годы происходило ужесточение законодательства, которое, однако, не привело к спаду террористической активности.
- Террористическое подполье по-прежнему способно нанести мощный удар, если не по экономике, то по крайней мере по моральному состоянию общества. Недооценка в плане устранения социально-экономических причин терроризма вызывает глубокую тревогу. В Советском Союзе терактов не было не только потому, что существовал мощный комитет госбезопасности и менее коррумпированная правоохранительная система. В то время не было социально-экономических предпосылок для терактов. Подавляющее большинство людей были вполне удовлетворены своей жизнью. У них была высокооплачиваемая работа, которая позволяет иметь высокий уровень жизни. Хотя, разумеется, человеческие потребности неисчерпаемы. Тем не менее, у каждого была крыша над головой и работа. У каждого была уверенность, что он будет отдыхать, а дети поедут в пионерский лагерь. Образование было бесплатным и здравоохранение тоже.
«СП»: - В таких условиях у человека не могло возникнуть мысли о самоубийстве путем превращения себя в террориста-смертника...
- Когда мы читали, что такие вещи происходят за рубежом, то просто ужасались этому. Это было какое-то варварство, которое не умещалось в голове. Решить эту проблему путем ужесточения законодательства невозможно. Источником террористов-смертников являются наиболее депрессивные регионы северного Кавказа. Причем здесь вербуются «белые смертники» или славяне. Нужно делать так, чтобы у людей была работа. Это долгосрочный проект, рассчитанный на много лет. Частный бизнес просто не пойдет. Ему нужна немедленная отдача в виде прибыли. В этом смысле Олимпиада важна. Но не менее важно продолжать вложения в виде создания государственных мощностей. Если у людей появится работа, у него у мысли не возникнет отправиться в район Крайнего Севера. Человеку, у которого все хорошо, и в голову не придет уйти в лес.
«СП»: - Жириновский предложил ограничивать информацию о терактах, но «шила в мешке не утаишь».
- Это опять же борьба за следствием, а не с причиной. Если замалчивать обстоятельства теракта, то они будут обрастать вымышленными подробностями. Причем остановить поток информации будет практически невозможно. Говорить о совершении терактов нужно¸ но при определенном самоограничении информационных агентств.
«СП»: - Антитеррористическое законодательство идет в одном пакете с законодательством об экстремизме.
- Способность наших властей увязывать совершенно несвязанные хорошо известна. Например, после трагедии в Беслане в качестве нововведения была введена отмена избираемости губернаторов. Под сурдинку предупреждения терактов продвигается тема защиты власти от общества. Расширения понятия экстремизм может привести к блокированию самых мирных форм протеста, которые не воспринимаются как радикальные.
Столкновения манифестантов с полицией во всем мире и события на Болотной площади - это «небо и земля». В России не было массовых беспорядков. Но людей банально начали «винтить». Такая линия продолжается. Это означает продолжение политики запугивания населения. Весь мировой опыт показывает, что меры запугивания не результативны и бессмысленны. Конечно, можно завинтить клапаны для выпускания пара народного недовольства. Но это чревато тем, что «котел» рано или поздно взорвется. На Украине «Майдан» стал проявлением активности западных политиков и спецслужб. А еще - результатом неразумной политики властей. В России ситуация развивается по тому же сценарию. И это приводит к усилению радикальных настроений.
Василий Ваньков
13 февраля 2014 г.
Источник: svpressa.ru