Об убийстве российского посла в Турции Андрея Карлова «Лента.ру» поговорила с сотрудником отряда специального назначения Службы внешней разведки «Заслон», в задачи которого входит обеспечение безопасности российских дипломатов.
— Начнем с того, почему вообще произошла эта трагедия. Это ошибки турецких или российских спецслужб?
— В этой стране безопасность обеспечивает принимающая сторона, наших сотрудников там вообще не было. Фатальная ошибка, конечно, их: на выставке не была на достаточном уровне обеспечена безопасность, местные спецслужбы тоже не выполнили своих задач. Если не обращать внимания на статус погибшего, то это простейшее убийство. Безусловно, сработай все грамотно, трагедии можно было избежать. Общая практика такова, что мероприятия вроде этого, если ответственность за безопасность возложена не на наших сотрудников, а на принимающую сторону, должным образом не охраняются. Поэтому в России принято, что в горячих точках именно «Заслон» обеспечивает безопасность, и там мы надеемся только на себя.
— Получается, что в большинстве стран дипломатов плохо охраняют?
— Их часто вообще не охраняют. Местные силы или наши пограничники обеспечивают безопасность посольства или консульства, но выходя за ворота, люди остаются одни.
— Но в регионах с повышенной опасностью вы все же работаете. Как «Заслон» обеспечивает безопасность посла и других лиц?
— Основной принцип нашей работы — непрерывность. То есть сотрудники не отходят от охраняемого лица 24 часа, в том числе и на выездных мероприятиях, аналогичных этой выставке в Анкаре. Тактика стандартная. Остальное вариативно, так как зависит от степени угрозы. Если обстановка сложная, то численность группы может доходить до двадцати человек. Вооружение и оснащение тоже по ситуации: где-то в открытую и с тяжелым, в других местах все скрытно. Огромное внимание уделяется превентивным мерам: работа с местными спецслужбами, информаторами, агентурой. Сведения, которые можно получить таким путем, позволяют избежать многих проблем, просто предупредив их, изменив ход событий. Это все эффективно. Вот уже 20 лет «Заслон» охраняет дипломатов, и там, где мы работали, не было ни одного прокола. Все мы понимаем ответственность и последствия. При организации работы делается все необходимое для достижения максимальной эффективности в балансе с целесообразностью.
— А почему в Турции не было вашей группы? Недавняя попытка государственного переворота, в общем, показывает, что это не самый спокойный регион.
— Нас там не было никогда. Вопрос, знаю, поднимался не так давно, но проработать его не успели или не смогли. Проблема в том, что решения по отправке принимаются очень долго, много подводных камней, согласований и обоснований — сплошная бюрократия, причем межведомственная. Между запросом о выделении наших сотрудников и отправкой их в страну может пройти до года.
— То есть к трагедии в Анкаре привела в том числе российская бюрократия?
— Да, конечно. Мы не экстрасенсы, предсказать что-то сложно, если бы знали точно заранее, то все можно было бы обойти, и бюрократию тоже. Но система у нас устроена так: будут охранять в Турции — убьют в Париже, в Дублине, неважно. Мы работаем только по горячим точкам: Ирак, Сирия — более 15 стран. Кажется, что это много, может, даже достаточно, но на самом деле нет. Террористическим группировкам нет нужды убивать российского дипломата в Багдаде, где есть наша группа, все сложно спланировать, а террорист наткнется на противодействие, и результат акции будет непредсказуем. Им гораздо проще напасть в той же Турции, где посла не охраняют, а за посольством приглядывают местные спецслужбы. Дальше по аналогии. Если тому же ИГИЛ нужна конкретика — они просто возьмут на себя ответственность за произошедшее. Резонанс тот же, риски меньше. Наша система борется с угрозами постфактум — это подготовка к той войне, что уже закончена. Теперь, вероятно, все немного зашевелятся и в Анкару отправят группу, но сотни, если не тысячи русских дипломатов все равно останутся без защиты. Все так же будут принимать участие в мероприятиях, на которых местные халатно относятся к безопасности. Каждый из них будет под угрозой. Нужно менять подход полностью, иначе убийства будут повторяться.
— Менять каким образом?
— У нас охраняют всех видных политиков. А в другой стране наш посол — это лицо нашей страны, главный представитель в регионе. Почему на чужой территории их оставляют без защиты? Почему у нашей службы недостаточно ресурсов для обеспечения безопасности хотя бы всех послов, не говоря уже о консулах и других представителях дипмиссий? Наши сотрудники завалены работой, их не хватает. Мы же все понимаем: неважно, какая страна, сейчас террорист может въехать почти в любую. Глобализация. Изменение системного подхода в России — это вопрос принятия принципиального решения. Ну, а кто его может принять, вы понимаете. Беда в том, что нужно донести эту мысль «наверх», обосновать, и кто-то должен быть готов нести ответственность. Если общий подход, предусматривающий нормальное обеспечение безопасности только в горячих точках, не изменят, то произошедшее в Анкаре будет не последним случаем. Рано или поздно, надеюсь, придут к тому, что все послы должны охраняться в большей или меньшей степени, потому что аналогичное убийство может произойти даже в самом спокойном регионе. Это сложно, тяжело, дорого, но, учитывая политику нашего государства, необходимо. Посмотрите на американцев: они в разы больше тратят на безопасность своих дипломатов, и эти инвестиции результативны.
— В США всегда было такое отношение к безопасности дипломатов или они начали вкладываться в это после атаки на консульство в Бенгази в 2012-м?
— Всегда. Их дипломаты хорошо охранялись и до этого. Понимаете, убить можно любого. Вопрос только в том, какие силы и средства нужны, чтобы это сделать. Бенгази — именно та ситуация, когда действие пересилило противодействие, и против террористов оказались бессильны все меры, принятые Службой дипломатической безопасности США. Почему-то все проводят параллели между этим нападением и убийством посла Андрея Карлова, но это неверно. В Ливии действия атаковавших были профессиональны, хорошо спланированы и подготовлены. В Турции же — наоборот: банальное, почти примитивное убийство, совершенное одиночкой. Может, за ним кто-то и стоял, что, конечно, очень вероятно. Но сам механизм исполнения теракта — простейший. Если вернуться к США — конечно, они тоже не идеал, но безопасность их дипломатов на высоком уровне. Конечно, есть много «но» — они всегда есть. В основном это человеческий фактор: непрофессионализм, лень, недосмотр, страх, бюрократия и так далее.
— После Бенгази в США были слушания в Конгрессе, и Хиллари Клинтон, в то время глава Госдепартамента, понесла настолько огромные репутационные потери, что это называют в числе причин ее поражения на выборах этого года. Можно ожидать, что ситуация в Турции так же скажется на ком-то из крупных чиновников в России?
— Не думаю. Российская система такова, что концов не найдешь. Нет никого, кто нес бы за подобные трагедии личную ответственность: каждый будет кивать на другого, «футболить» расследование из одного ведомства в другое… В итоге будет как обычно: если все виноваты, то в отдельности никто не отвечает.
Что сделают в Турции — не знаю: может, будут извиняться. Но они могут объявить террориста, впустившего его полицейского и сообщников агентами Гюлена, и ничего не произойдет.
У нас, надеюсь, из гибели Андрея Карлова сделают выводы. Главный — в условиях современной террористической угрозы практически нет стран, где наши дипломаты могли бы чувствовать себя в безопасности.
Александр Степанищев
22.12.2016
Источник: Lenta.ru