Таджикистан возобновил реализацию проекта железной дороги Таджикистан–Афганистан–Туркменистан (ТАТ), начатого в 2013 году. Сеул готов оказать помощь в этом проекте. Южнокорейское агентство по международному сотрудничеству разработает технико-экономическое обоснование (ТЭО) таджикского участка магистрали. Новая дорога позволит Таджикистану стать транзитной страной.
В стремлении укрепить транспортные связи и открыть новые горизонты экономического развития Министерство транспорта Таджикистана и Южнокорейское агентство по международному сотрудничеству заключили соглашение о разработке ТЭО проекта железной дороги Джалолиддини Балхи – Нижний Пяндж стоимостью 4 млн долл.
Проект предусматривает строительство 51-километровой магистрали, проходящей по территории Республики Таджикистан (РТ) до афганской границы. Важной составляющей станет возведение 28 железнодорожных мостов, которые свяжут две страны. Реализация проекта запланирована на три года, завершение работ будет значимым событием для транспортной инфраструктуры региона.
Проект будет отличаться высокой технологичностью и рациональностью перевозочного процесса. Сохраняя стандарт ширины железнодорожной колеи в 1520 мм, характерный для постсоветского пространства и Афганистана, магистраль обеспечит транзит грузов без необходимости дополнительных перегрузок и смены колесных пар.
Потенциальная окупаемость проекта может быть даже выше, чем развитие железной дороги в коридоре Север–Юг. Хотя грузовой потенциал этого коридора несколько меньше, операционная деятельность в рамках единой колеи будет более экономичной, что обеспечит проекту долгосрочную рентабельность.
«Проект и выгоден, и, вероятнее всего, согласован с РФ. Не исключено, что реализацию проекта со стороны Южной Кореи в надежде получать свой лакомый кусок будут приветствовать в США», – рассказала эксперт по транспортной логистике, основатель проекта N. trans Lab Мария Никитина.
Душанбе, судя по всему, меняет внешнюю политику в отношении Афганистана. Президент РТ Эмомали Рахмон до сих пор не признал захвативших Кабул в августе 2021 года талибов (запрещены в РФ) как официальную власть. Но Таджикистан вынужден учитывать экономические интересы и своей страны, и региона.
«Говорить сегодня о критически важных изменениях в политике Таджикистана в отношении Афганистана было бы преждевременно. Другое дело, что реальная жизнь и прежде всего экономические интересы заставляют сотрудничать: тупиковое географическое положение и граница около полутора тысяч километров – факторы, с которыми приходится считаться. Несмотря на декларируемое непризнание правительства талибов, Таджикистан после прихода к власти последних увеличил объемы экспорта в Афганистан электроэнергии, в основном восстановлена приграничная торговля, функционирует товарный транзит через Афганистан», – сказал доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД РФ Александр Князев.
Эксперт отметил, что участок железной дороги Джалолиддини Балхи – Нижний Пяндж – по сути, часть проекта по строительству железной дороги Таджикистан–Афганистан–Туркменистан. Этот проект появился в период противостояния Таджикистана и Узбекистана, когда Ташкент в качестве рычага экономического давления на Душанбе использовал и блокирование железнодорожных путей. Таджикистан начал искать альтернативные маршруты для обхода Узбекистана и получил поддержку Кабула и Ашхабада, к концу 2018 года дорогу планировалось сдать в эксплуатацию. Однако характер отношений между Ташкентом и Душанбе изменился, восстановился транзит через Узбекистан, что изменило приоритеты Таджикистана, и реализацию проекта отложили.
«Таджикские власти недипломатично отказались от реализации этого проекта. Посол Таджикистана в Узбекистане в сентябре 2018 года публично сообщил о приостановлении работ по проекту ТАТ, обосновав этот шаг «потеплением отношений между странами» (Узбекистаном и Таджикистаном), подразумевая смену вектора политики нового президента Шавката Мирзиёева и отмену фактической транспортной блокады со стороны Узбекистана. Туркменский МИД выразил таджикской стороне «недоумение», а межгосударственные отношения вошли в пике», – сказал эксперт по Центральной Азии Сердар Айтаков.
Из клинча двусторонние отношения начали выходить в 2021 году, после визита Эмомали Рахмона в Туркменистан, но вопрос о строительстве ТАТ не был решен, из-за чего отношения между странами оставались прохладными. И сам визит даже в статусе государственного не устранил проблемы.
Пока Таджикистан и Туркменистан не урегулируют отношения, Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве, который заключили Казахстан, Узбекистан и Киргизия по итогам IV Консультативной встречи в Чолпон-Ате в 2022 году, подписан не будет. У президентов двух стран будет возможность обсудить этот вопрос на Консультативной встрече в Астане 9 августа.
«В сопряжении с проектом Трансафганской железной дороги Термез–Найбабад–Логар–Харлачи, который должен выйти к пакистанским портам Карачи и Гвадар, проект Таджикистан–Афганистан–Туркменистан может получить новое наполнение. В случае его реализации, а также учитывая вероятность реализации еще одного проекта, туркменского, по строительству железной дороги Тургунди–Герат–Хаф с выходом к иранским портам Чабахар и Бендер-Аббас, Таджикистан в перспективе получил бы возможность существенно преодолеть свою транспортную ограниченность. Без сопряжения с другими дорожными проектами на территории Афганистана значение участка Джалолиддини Балхи – Нижний Пяндж будет не так велико», – подчеркнул Князев.
Эксперт отметил, что в свое время по проекту Таджикистан–Афганистан–Туркменистан сложности между Таджикистаном и прежним правительством Афганистана возникали при согласовании маршрута дороги по афганской территории. К этому вопросу в случае актуализации проекта надо будет вернуться. И во всей этой работе главное – избежать политизации проблем.
Виктория Панфилова