Генералы призвали избирателей укрепить стабильность в Пакистане, но голосование еще больше обострило политический кризис. Хотя сторонники экс-премьера Имрана Хана, приговоренного к длительному сроку заключения, выступали как независимые, они получили относительное большинство в нижней палате парламента. Партия Наваза Шарифа, тоже бывшего главы правительства, поддержанная военными, – на втором месте. Она пытается договориться с партией, возглавляемой сыном убитого премьера, о создании коалиционного кабинета.
Сторонники Имрана Хана, сидящего в тюрьме, сумели послать агитаторов к избирателям в городах и деревнях и даже привлечь на помощь искусственный интеллект. Так или иначе, но его партия «Движение за справедливость» (PTI), по сведениям на середину дня в воскресенье, завоевала 101 место из 266, за которые шла схватка. «Пакистанская мусульманская лига – Наваз» (PMLN) получила 75 мест, Пакистанская народная партия (PPP), возглавляемая Билавалом Бхутто Зардари, – 54. Эти две партии проводят переговоры о формировании альянса, коалиционного кабинета и даже о возможном разделе портфелей в нем. Но представитель партии Хана заявил, что она при поддержке союзников сама хочет сформировать правительство, и призвал к протестам на тех участках, где итоги волеизъявления были сфальсифицированы.
The New York Times утверждает, что никогда еще армия не вмешивалась столь открыто в пользу кандидата, который ей был предпочтителен. Впрочем, государственную систему в стране и прежде трудно было назвать демократической. Это скорее гибридный режим, где военные правят наряду с политиками. Хана отстранили от власти в 2022 году, когда парламент выразил ему недоверие. Он обвинил армию в том, что она устроила эту акцию. Генералы это отрицают. Как бы то ни было, все это породило политический кризис в стране, обладающей ядерным оружием. Он длится два года.
По мнению аналитиков, военные хотели положить конец широкой поддержке бывшей звезде крикета и поспособствовать победе его соперника Наваза Шарифа. Причем генералы на сей раз действовали жестче, чем раньше. Сторонников «Движения за справедливость» запугивали. В то время как самому Хану по решению суда запрещено занимать государственные посты в течение 10 лет, многих его единомышленников арестовывали, принуждали очернить партию.
Наваз Шариф был премьером три раза. Его репутация зиждется на том, что ему удавалось восстановить рост экономики. Отношения Наваза с военными тоже не были простыми. Случалось, он терял их доверие, когда требовал , чтобы гражданской администрации дали больше полномочий. Но в этот раз он снова в фаворе у генералов.
Пакистанская народная партия, возглавляемая Билавалом Бхутто Зардари, сыном убитого премьера Беназир Бхутто и внуком казненного военными лидера страны Зульфикара Али Бхутто, делает ставку на то, что граждане их потомку симпатизируют. Оплот PPP – провинция Белуджистан, где находится родовое гнездо клана Бхутто.
Младший научный сотрудник ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН Глеб Макаревич отметил: «Переговоры между партией Наваза Шарифа и Пакистанской народной партией действительно идут. В ходе предвыборной кампании PРP критиковала Шарифа. Но «внешние силы» – военные – убедят участников встреч быть более сговорчивыми. И в итоге они сформируют правительство».
Касаясь вопроса о том, как итоги выборов могут повлиять на обстановку в Южной Азии, эксперт сказал, что при Навазе Шарифе Пакистан и Индия начали улучшать взаимоотношения. Но после того, как Индия отменила статус своей части Кашмира как отдельного штата и превратила его в союзную территорию с меньшей автономией, шансы на успешные переговоры между Индией и Пакистаном снизились.
Ведь Пакистан, как и Индия, считает весь Кашмир своей территорией. У пакистанской элиты нет стимула для компромисса с Индией. Что касается премьер-министра Индии Нарендры Моди, то его существующее положение вполне устраивает. Одним словом, пертурбация в Пакистане вряд ли что изменит.
С Россией связи при Имране Хане шли по восходящей. После него этот тренд остановился. Конечно, Вашингтон будет тормозить рост российско-пакистанских отношений, как только сможет. Но нельзя исключать, что Наваз Шариф, который славится своей изворотливостью, тоже захочет улучшить отношения с Москвой, заключил Макаревич.
По мнению политолога Александра Князева, пакистанскую армию, судебную систему, спецслужбы и две партии, т.е. всю устоявшуюся элиту и бюрократию, объединяет неприятие партии Имран Хана и заодно – некая ненавязчивая внешне связь с интересами бывшей метрополии. Пока из всего этого следует вполне естественное продолжение внутриполитической нестабильности, можно допустить и высокий уровень этой нестабильности в частности – в Хайбер-Пахтунхва и Белуджистане, само собой в Зоне племен… Что, безусловно, будет не самым лучшим образом отражаться и на ситуации в Афганистане.
Владимир Скосырев