Эволюция терроризма демонстрирует необходимость создания международной системы мер по борьбе с ним - ведь до сих пор даже в совокупности они не упорядочены.
Терроризм - сложное социально-политическое явление, обусловленное обширным комплексом объективных и субъективных факторов различной природы. Естественно, борьба с ним может и должна мыслиться не как одномоментный акт или «кампания», а лишь как долгосрочный процесс, направленный на устранение причин терроризма.
Однако есть и другой аспект терроризма, в соответствии с которым он трактуется как разновидность преступности, а отдельные акты терроризма - как особо опасные преступные деяния. При этом состав терроризма должен с юридической точки зрения определяться следующими признаками: совершение или угроза совершения общественно опасных действий; направленность этих действий на устрашение населения; наличие цели оказания влияния на принятие решения органами власти, международной организацией, физическим или юридическим лицом или группой лиц. Борьбу с терроризмом необходимо рассматривать как часть борьбы с преступностью вообще.
Любая кризисная ситуация нуждается в управлении, что означает необходимость предварительной выработки «философии» этого управления, правовых и политических принципов борьбы с терроризмом.
Именно дефиниции уголовного законодательства обеспечивают законность и вместе с тем стимулируют активность использования непосредственных мер предупреждения, пресечения конкретных террористических преступлений, достаточное и справедливое наказание за них. Однако эта проблема пока далека от своего решения.
Частным случаем терроризма вообще, сохраняющим его родовые черты, выступает международный терроризм. Его эволюция за последние три десятилетия требует создания международной системы мер борьбы с ним как целостным явлением в правовом и организационном аспектах. Ведь до сих пор нельзя не принять во внимание их ограниченность. Даже в совокупности они не представляют собой упорядоченной и скоординированной системы мер.
Современный международный терроризм отличается следующими чертами:
- высокой мобильностью, достигаемой использованием современных транспортных средств;
- расширением возможностей террористической пропаганды и агитации с помощью информационных технологий и средств телекоммуникации, использованием этих технических средств для непосредственной поддержки террористической деятельности;
- развитием связей между террористическими организациями различных стран;
- повышением поражающего воздействия и общественной опасности применяемых террористами средств, возможностью использования оружия массового поражения;
- направленностью террористических акций на международные объекты, персонал посольств и международных организаций;
- активной реакцией средств массовой информации, зачастую вольно или невольно способствующих террористической пропаганде.
Все это действительно делает терроризм проблемой мирового сообщества.
Опыт борьбы с терроризмом позволяет сформулировать ряд положений в качестве руководства к действию. Так, американские специалисты по антитеррору предлагают 39 принципов, из которых наиболее важными представляются следующие:
- «мы не сможем сделать этого в одиночку», что подразумевает необходимость объединения антитеррористических сил внутри государства и на международном уровне;
- любая кризисная ситуация нуждается в управлении, что означает необходимость предварительной выработки «философии» этого управления, правовых и политических принципов борьбы с терроризмом;
- как правило, руководить разрешением опасной кризисной ситуации должен глава государства;
- непосредственное управление осуществляет группа назначенных главой государства лиц на основе четкого разделения функций и должностных обязанностей;
- главным методом решения проблемы являются переговоры: по мировой статистике, 80% всех заложников удалось освободить в результате переговоров, в то время как атака и штурм крайне опасны (заметим, однако, что правительство США принципиально не идет на уступки террористам, поэтому переговоры - это только тактика, а не стратегия, исключающая сотрудничество с террористами);
- до начала переговоров члены антикризисной группы должны получить четкие инструкции о допустимом размере ущерба и других моментах, среди которых наиболее важно взаимодействие со средствами массовой информации.
Противодействие терроризму должно представлять собой согласованную систему мер на национальном, региональном и глобальном уровнях, включающую политический, правовой и институциональный контроль.
На национальном уровне меры политического контроля включают меры общеуголовного характера, направленные против терроризма как вида преступности, и непосредственную антитеррористическую политику государства. Последняя предусматривает следующие основания:
- совершенствование законодательной базы;
- создание и совершенствование институциональной основы для борьбы с терроризмом, ее согласование на региональном и глобальном уровнях;
- обеспечение полноценных юридических прав всем субъектам антитеррористической борьбы;
- сочетание секретности при проведении антитеррористических операций с гласностью в деятельности органов уголовной юстиции;
- строгое соблюдение национальной и международной законности.
Правовую основу борьбы с терроризмом в России образуют нормы Конституции РФ и Уголовного кодекса РФ, дающие, в частности, юридическую квалификацию понятий терроризма и террористических актов.
Институциональный раздел борьбы с терроризмом на национальном уровне также имеет два аспекта. Во-первых, это система уголовной юстиции, под юрисдикцию которой подпадает терроризм как уголовная преступность. Во-вторых, это система обеспечения национальной безопасности.
На Западе в качестве примера политического контроля регионального терроризма можно назвать введение прямого управления Северной Ирландией из Лондона, использование целого ряда экономических, политических и силовых методов. Правовые аспекты там регулируются Законом о предупреждении терроризма и Актом о чрезвычайном положении в Северной Ирландии. В институциональном аспекте речь идет не о создании специальных органов для предупреждения террористических актов, а об усилении специфических аспектов деятельности правоохранительных органов Великобритании и Северной Ирландии, а также использовании вооруженных сил.
На глобальном уровне политический контроль международного терроризма осуществляется в рамках таких организаций, как ООН, Интерпол, «большая восьмерка», СНГ, ШОС и других с привлечением мировой общественности. Так, на одном из Конгрессов ООН была определена следующая антитеррористическая программа:
- сотрудничество между правоохранительными, следственными и судебными органами;
- определение направлений сотрудничества между государствами в уголовно-правовых вопросах;
- повышение квалификации работников правоохранительных органов в области предупреждения преступности и международного сотрудничества;
- просвещение населения в антитеррористических вопросах с использованием средств массовой информации;
- разработка принципов поведения СМИ при освещении террористической деятельности.
Правовые аспекты антитеррористической деятельности на международном уровне регулируются целым рядом документов, среди которых Конвенция Лиги наций 1937 года о предупреждении и пресечении терроризма (так и не вступившая в силу), Токийская конвенция 1963 года по борьбе с угонами самолетов и ее дополнение в Гаагской 1970 года и Монреальской 1971 года Конвенциях, Международная конвенция по борьбе с захватом заложников, Конвенция 1988 года о борьбе с захватом морских судов и целый ряд других, пока не оформленных в целостную систему.
Наконец, институциональный аспект проблемы определяется преимущественно принципом aut dedere aut judicare (выдай или суди), который подразумевает, что органы уголовной юстиции государства, на территории которого задержан международный террорист, должны судить его сами или же выдать той стране, на территории которой был совершен террористический акт. Идея учреждения международного уголовного суда, компетенции которого подлежали бы международные террористы, пока находится в стадии обсуждения.
При анализе международных средств борьбы с терроризмом следует иметь в виду один очень важный аспект проблемы. Как считает ведущий немецкий эксперт Пфаль-Траутзер, обязательными компонентами терроризма являются: наличие политической цели, целенаправленное применение насилия для устрашения, наличие организационной структуры, общественная изоляция субъектов террористической деятельности.
Ведь нередко терроризм рассматривается не только как опасное уголовное преступление, совершаемое невменяемыми фанатиками, но и как героическая борьба против деспотизма и несправедливости.
Между тем, попытки оправдания терроризма крайне опасны, поскольку они затрудняют борьбу с этим общественно неприемлемым явлением, переводя его из разряда уголовной преступности в плоскость героической акции в рамках освободительного движения. В случае общественного оправдания террора, террористы добиваются полного успеха, а оправдавшее террор общество становится «вирусоносителем» терроризма, в его сознании, в культуре живет образ террориста «оправданного», иногда даже террориста «канонизированного», как произошло в России. В частности, известная террористка Вера Засулич, совершившая покушение на генерал-губернатора Трепова, была оправдана судом присяжных, что создало опасный прецедент для правовой борьбы с терроризмом.
Накопленный царскими спецслужбами опыт антитеррористической борьбы и ее идеологического обеспечения представляется актуальным и в настоящее время.
Однако не следует думать, что в России террористы всегда и всецело воспринимались как герои, а государство опускало руки перед этим общественным злом. Период середины XIX - начала ХХ века, отмеченный ростом терроризма в России, дает множество примеров успешного противостояния террористам.
В 70-х годах XIX века были усилены жандармские подразделения, престиж этой службы и материальное поощрение ее сотрудников выросли. По воспоминаниям генерала Александра Спиридовича, «в полку у нас на корпус смотрели очень хорошо… Но перевестись в корпус жандармов было очень тяжело… без протекции попасть на жандармские курсы было невозможно».
В 80-х годах XIX века была апробирована практика использования тайных агентов внутри подпольных организаций, посредством которой удалось разгромить террористическую организацию «Народная воля». К концу 80-х годов удалось сбить волну политического терроризма, задержать и наказать его главарей.
В 80-90-х годах XIX века многие российские террористы эмигрировали и продолжили борьбу с царским правительством из-за границы, что можно считать прообразом современного международного терроризма. В борьбе с этим явлением государство активно использовало тайную зарубежную агентуру.
В 1903 годах розыскные отделения при полицейских управлениях были переименованы в охранные отделения, получившие народное название «охранка». К их руководству пришли молодые энергичные офицеры, имеющие опыт жандармской службы, закончившие военные училища по первому разряду, часто имевшие ордена. В начале ХХ века эти меры позволили покончить с остатками народовольческого террора, нанести чувствительные удары по терроризму новой волны.
К сожалению, впоследствии позитивный российский опыт борьбы с терроризмом был во многом утрачен, а термины «жандармы» и «охранка» до сих пор имеют исключительно негативный подтекст в общественном сознании. Между тем исторически накопленный опыт антитеррористической борьбы и ее идеологического обеспечения представляется актуальным и в настоящее время.
Еще одним важным аспектом борьбы с международным терроризмом является тезис о недопустимости переноса ответственности за действия отдельных террористов на целые государства и народы, что активно практикуется в последнее время западными странами во главе с США.
Во-первых, ответственность государства как юридического лица вообще сомнительна с правовой точки зрения. Хотя уголовная ответственность юридических лиц допускается в англо-американской правовой системе, практика свидетельствует о многочисленных трудностях и фактической невозможности применить эту норму. Даже если суд признает некую организацию преступной и приговорит ее к принудительной ликвидации, то это только в малой степени способно помешать ее создателям продолжать совместную преступную деятельность на «неформальной» основе. Поэтому признание некоей организации или тем более государства «преступными» имеет скорее символический, нежели конструктивный характер.
Во-вторых, выдвижение в качестве субъекта терроризма организации или государства допустимо лишь при квалификации терроризма как социального явления. Но в этом случае его искоренение требует не насильственных мер, подобных бомбардировкам территории Афганистана или Югославии, а устранения всего комплекса причин, порождающих терроризм. Такой подход полностью согласуется и с представлениями о предпочтительности профилактики любого преступления (терроризм не является здесь исключением) перед попытками его пресечения. Здесь можно отметить следующие основные направления работы:
- урегулирование межнациональных конфликтов, исключение зависимости прав и свобод граждан от их расы или национальности, проведение экспертизы любых социальных, политических и экономических проектов на отсутствие их негативного влияния на национальные отношения;
- разъяснительная работа среди населения по поводу спекулятивного характера ссылок террористов на их религиозное оправдание, поскольку все классические религии отвергают насилие; пресечение деятельности нетрадиционных религий и сект, проповедующих насилие;
- специальная работа с молодежью, наиболее подверженной криминальному и террористическому влиянию, заражению ложной идеологией терроризма.
И. П. Добаев, В.И. Немчина
04/10/2013
Источник:evrazia.org