Член запрещённой партии «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами» из Югры рассказал правду об исламской угрозе.
Об угрозе, которую представляет собой исламизм, в Югре знают хорошо. Об этом едва ли не вслух говорят на рынках, в школьных дворах и высоких кабинетах. Однако мало кто представляет себе, что на самом деле происходит в сознании представителей этнических меньшинств, наводняющих самую богатую территорию России. Подавляющее большинство иностранцев почти не говорят по-русски, отчего проблема становится еще острее. Один из соавторов сайта «Мусульмане говорят» Ринат Багавеев, в исламском мире носящий имя Абд ар-Рахман Багави выступил переводчиком и рассказал, будет ли в России установлен халифат, зачем российские власти используют мусульманскую страшилку, и как скоро противостояние «свой-чужой» столкнет страну в пропасть.
— Ринат, вы много высказывались по поводу летних задержаний мигрантов на югорских рынках и зверском поведении силовиков. В чём провинились сотрудники органов?
— Презумпция невиновности распространяется даже на преступника, когда его задерживают. Пока вина не доказана, никто не имеет права называть его и обращаться с ним, как с преступником. В нашей стране эта норма не действует. Людей в Сургуте и Нижневартовске задерживали лишь для проверки документов. Но всё это делалось совершенно по-варварски. Их выставляли на плац, ставили на колени под пекущим солнцем. В Нижневартовске у одного местного жителя задержали его старшего брата, когда он шёл в мечеть на намаз. Младший брат пришёл с документами, в итоге получил по голове от сотрудника органов. Понимаете? Даже к местным такое отношение, не говоря уж об этих несчастных, которых сама страна и пригласила на работу. Будто мусульмане — именно потому эта ассоциация продвигается в обществе — люди второго сорта. У нас в округе есть белорусы-мигранты, украинцы, десятки национальностей, точно так же приехавших сюда и работающих с просроченными визами. Но славян, как правило, не задерживают.
— Ещё 20-30 лет назад о таком отношении не могло быть и речи, что изменилось?
— Понимаете, у нас сегодня к мусульманам прослеживается то же отношение, что в США в 60-е годы — к черному населению. Но американцы, как идеологически крепкое общество, эту тенденцию, препятствующую развитию государства, преодолеть смогли. И добились огромного рывка вперёд, сделав это. В России мы видим противоположную ситуацию: после СССР, где национальный вопрос не поднимался, произошёл откат на более низкий уровень отношений между людьми. Такой уровень, когда из определённой категории граждан страны и иностранцев, её населяющих, делают людей второго сорта. Речь здесь идёт только о мусульманах.
— То есть проблема только в отсутствии чёткой идеологии? Может, есть в таком случае какие-то рекомендации для полиции, для власти?
— Ну, какие рекомендации могут быть для силовиков. Любые советы они встречают в штыки. Это силовики: им дали приказ как вести себя — они выполняют. На Болотной площади в мае им дали чёткую установку: вести себя максимально корректно и дали возможность демонстрантам нападать, бить себя, срывать погоны и так далее. Дадут приказ мочить всех в сортире — выполнят. В этом вопросе надо смотреть на общество, хочет ли оно изменений. Народ не принял прекрасно подготовленный и организованный путч 1991 года, когда по ТВ показали дрожащие пальцы Янаева. Не зря в обществе, где люди сами издают и выбирают законы, СМИ называют четвёртой властью. К слову, я лично как мусульманин не согласен с таким форматом государства. Но это уже другое дело. Моё государство обещало мне обеспечение безопасности 28-й статьёй Конституции, не важно, мусульманин я или нет.
— А сейчас — хочет ли общество перемен? Что должны делать СМИ?
— Если СМИ хотят, чтобы общество развивалось, то они должны выстроить отношения с властью и демонстрировать весь негатив, который присутствует кругом. Недовольство в народе сегодня накапливается, и не только среди мусульман. Мусульмане просто более активны, более пассионарны по большей части — не пьют, не употребляют наркотиков, держат разум открытым. Они постоянно интересуются политикой, они в принципе более активны в этом плане по сравнению с остальным обществом. Однако недовольство зреет. Всё это может плачевно закончиться и наверняка закончится— для действующей власти.
— Недовольство какого рода зреет? Чем люди недовольны отношением, невозможностью установить некие свои порядки?
— Мусульмане не собираются устанавливать здесь свои порядки. Но мы требуем: если нам обещали безопасность в государстве, то пусть эти обещания исполняются и по отношению к нам. Мы не стремимся к власти, не баллотируемся в думы, мэры, президенты. Но мы должны быть уверены, что к нам не придут и не проведут обыск, перевернув всё вверх дном и забрав всё, что можно, только из-за вероисповедания. В Уфе, к примеру, арестовали четверых человек по огульному обвинению в попытке госпереворота. В 1991 году сама власть не смогла осуществить переворот, а тут речь о четырёх человеках. Это просто смешно. Люди неверующие, не мусульмане, христиане — все подчёркивают, что у нас просто происходит деградация государственной системы. Долго народ этого не выдержит, власть имущие должны это понимать, возмущение выльется в нечто тяжёлое. Да, подконтрольное власти ТВ, конечно, скажет, что нужно, но я вижу, что сегодня есть и иной подход к освещению событий.
— Сейчас Федеральная миграционная служба начала закручивать гайки: временные ограничения на въезд в страну за любые огрехи, ограничение внешней миграции, рост внутренней... Вам уже знакомы с этими нововведениями?
— Знаком, да. Но не хотел бы лезть в обсуждение госструктур. Как простой человек, как частное лицо я понимаю, что кризис сегодня разрастается — вторая ли это его волна, третья ли, десятая. Он не стихает в любом случае. Я понимаю, что на фоне этого власти хотят решить проблему внутренней безработицы, снять социальную напряжённость по этому поводу. Конечно, для этого можно вывозить из страны мигрантом. В основном депортируют узбеков, если присмотреться. Таджиков, киргизов не так часто задерживают.
К слову, это вполне может быть способом оказания давление на президента Узбекистана Ислама Каримова. Он сегодня активно продвигает американскую линию, и Путину, вероятно, хотелось бы провести на это место своего человека. Что можно сделать в этом случае России? Выслать обратно мигрантов. Представляете — тысячи молодых, озлобленных, крепких мужчин. Они не беспокоятся за семьи, оставшиеся в России. Они голодные, безработные. А мы ведь помним, что этот народ способен пожертвовать собой, если дойдут до кипения. Если честно, то лично я, да и многие мои знакомые, приходят к мнению, что именно проблемами с Узбекистаном может быть вызвано такое ожесточение в отношении мигрантов. Если что-то произойдет с Каримовым, то я лично только рад буду. Это тиран, узурпатор, который мучает свой народ.
— Ну а меры, предлагаемые ФМС? Не считаете, что они слишком жёсткие, например?
— Государство само ставит квоты на рабочую силу. Выстраивает определенное отношение, обучает языку, культуре и так далее. Мы же знаем, что на маршрутках у нас в основном узбеки и киргизы. И лично меня коробит, как они ведут себя на дороге — сигналят, ругаются, спорят, как будто у себя в кишлаке. Обучение необходимо. И вполне нормально препятствовать въезду, если есть нарушения законодательства, пусть не дотягивающие до уголовных преступлений. Надо ведь понимать, что в страну с юга едут в основном малокультурные, необразованные люди. Они едут только на заработки, у них нет высоких помыслов.
— Вас называют членом «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами», пресс-секретарём партии, вербовщиком. Давайте сразу: кто вы для партии, чем она занимается в России? Какие связи между «хизбами» и ваххабитами?
— Подчёркиваю — я член партии, ни в коем случае не пресс-секретарь. В данном интервью я не выступаю официальным представителем «Хизб-ут Тахрир», говорю просто как частное лицо. В России партия запрещена с 2003 года как экстремистская, соответственно, никаких официальных представительств нет. Официальную страницу на русском языке ведет центральный офис. Теперь дальше. Это Исламская политическая партия освобождения — либо возрождения, слово многозначно. Создана она была в 1953 году учёным-законоведом, если говорить по-русски, Такиуддином ан-Набхани. Уроженец Палестины, на тот момент он был фактически председателем Высшего кассационного суда Иерусалима. Вы знаете, что этот город имеет огромное значение, на нем завязано множество мировых событий.
Этот человек основал партию политического толка, в ней нет никакого боевого крыла. Она создана с целью установления халифата на территории арабских государств. Египет, Сирия, Иордания, Саудовская Аравия, Палестина плюс Турция — эти страны рассматриваются в качестве кандидатов на установление халифата. Халифат был уничтожен в 1924 году именно в Стамбуле, там была резиденция османских халифов, поэтому в списке есть и Турция. Есть определённые условия для стран: наличие большинства говорящего на арабском языке и правоверных исламских учёных, которые могут вести законотворческий процесс. Создавать законы, что даны в Коране и Сунне, чтобы на их основании могли бы выносить решения по возникающим проблемам.
— Что вы можете сказать по поводу обвинения в организации борьбы за власть и формировании террористических групп?
— Политическая борьба ведётся только для взятия власти и установления халифата исключительно в арабских странах. Про Европу, Россию, Австралию, США и так далее речь не идёт, там партия работает только на идеологическое просвещение. В плоскость политической борьбы работа не переходит. Цели установления халифата на территории этих стран нет. С 1953 года, с момента основания партии, нет ни одного документированного факта участия «Хизб ут-Тахрир» в каких-либо диверсиях и терактах, в том числе применении угроз. Вызывает удивление, что эта страна — я Россию имею в виду — единственная из всех развитых стран запретила действие партии, назвав ее поначалу террористической, а после поменяв этот статус на экстремистский. Надеюсь, что этот нонсенс будет в будущем исправлен
— А как же Германия, запретившая партию? Тоже неразвитая страна?
— Германские власти считают, что мы делаем антисемитские заявления. Все это потому, что в прокламациях «Хизб ут-Тахрир» Израиль не признаётся государством, а считается варварской страной, захватившей территорию Палестины. Партия принципиально стоит на одной позиции: нельзя возвращаться к вопросу о границах 1967 года, нужно ставить вопрос о возвращении к границам 1948 года, когда Израиля не было. Тем не менее, несмотря на запрет членов партии, в Германии не преследуют за митинги и собрания.
— Наши источники не раз называли ваххабитов «боевым крылом» вашей партии. Какая связь?
— По сути, СМИ называют партию руководящим идеологическим крылом, а иные группы джамаата — боевыми крыльями. «Интерфакс» ещё в 2000-х годах причислял даже «Хезболлу» к боевикам «Хизб ут-Тахрир», теперь о том же самом активно говорят муфтии по всей России. Сколько бы ни приделывали нам эти крылья, они все равно отваливаются. Нет никакой руководящей роли, мы ведем только идеологическую работу и приглашаем других мусульман, чтобы они получали просвещение от нас. Тем более не осуществляется никакой вербовки новобранцев для боевых действий. У партии только один призыв — получать просвещение от «Хизб ут-Тахрир аль Ислами».
— Сирия — один из ваших кандидатов на власть халифата. Нынешняя ситуация в стране как скажется на этом? Да и на всём мире, раз уж на то пошло?
— «Хизб ут-Тахрир» выступила с официальным заявлением: нельзя допустить американское вторжение в Сирию. Если бы Россия и США оставили этот народ разбираться между собой, то было бы лучше. Оба этих государства, провозгласивших невмешательство в чужие дела, нарушают сегодня свои же принципы. Действуют двойные стандарты: США либо превозносят Совбез ООН, либо готовы действовать без его санкций. В Ирак так вошли, в Сирию войдут так же. Партия выступила против бомбардировок, выступила за то, чтобы Сирия разобралась с внутренней ситуацией сама. Восставший народ воюет против античеловечного режима. Народ Сирии неоднократно восставал против правящего семейства, восставал против Асада-отца, теперь восстал против Асада-сына. И только благодаря вмешательству извне он оставался на плаву. Тогда это была Россия в лице СССР. Сейчас это США: их действия направлены только на сохранение положения, на то чтобы сирийцы не нашли себе новую идеологию, оставаясь в рамках необходимой Америке модели секуляризма.
— Очередное выступление США в роли «мирового жандарма» не повлечёт за собой событий 12-летней давности? Я имею в виду теракт 11 сентября в Нью-Йорке — в качестве мести от мусульманского мира, например?
— Я не считаю, что данная акция была проведена мусульманами. Даже если так, то я считаю, что всё это было сделано под контролем руководства страны. Тому есть множество доказательств, даже собственные политики не верят версии с мусульманским терактом. Представьте себе: попасть в башню на «Боинге». Да, человек тренировался, но попасть в здание, впервые управляя самолётом... здесь нужна снайперская аккуратность. Это не поддается пониманию. Это была провокация для целого ряда последовательных реакций: разбудить патриотические чувства американцев, чтобы они согласились на ужесточение контроля со стороны государства, чтобы, наконец, развязать руки правительству США в войне против государств Ближнего Востока. Сначала Афганистана, затем Ирака.
— А вы случайно не сторонник теории о том, что «ФСБ взрывает Россию»?
— Нет, не сторонник. Но считаю, что эта теория заслуживает внимательного рассмотрения — множество деталей состыковываются друг с другом, плюс странная смерть Литвиненко. Все эти вещи они заставляют людей задумываться. Знаете, для чего всё это делается? Если у страны нет идеологии, то ей необходимо как-то удерживать народ в подчинении. Как это сделать? При помощи страха. Внешней угрозы, которая пробудит патриотизм. Или же угрозы, исходящей от каких-то социальных или религиозных групп внутри страны. В этом плане очень удобны мусульмане. В идеологическом плане они вредны — у нас совершенно разные точки зрения на то, что есть человек и вселенная. У нас разное мировоззрение: вы стоите на позиции секуляризма, отделении религии от государства, мы считаем, что делать этого нельзя, так как страна и религия едины.
Нашим правителям, узурпировавшим власть в стране необходимо эту власть сегодня удержать. Они боятся того, что происходит с другими узурпаторами, того, что, например, произошло со Слободаном Милошевичем, который «умер» в тюрьме от инфаркта. Поэтому народ должен быть в узде, должен выполнять всё, что ему говорят. И мусульмане, как источник опасности, для этого прекрасно подходят. Весь сегодняшний национальный вопрос построен только на этом.
Вопросы - Андрей Загуменнов © «URA.Ru»
20.09.2013