Религиозная сфера Кыргызской Республики имеет несколько отличительных черт по сравнению с аналогичной сферой в соседних странах Центральной Азии. В Кыргызстане представлены все мировые религии и многообразие новых протестантских религиозных организаций. Динамичное развитие религиозных организаций внутри страны, их международные связи и социально-экономическая активность, приводит к появлению новой социальной единицы в обществе и формированию религиозной социальной сети. Религиозные организации, отстаивая свои права, выходят в политическое пространство, а лидеры традиционных религиозных организаций входят (часто сами того не желая) в рейтинг популярных политических лиц государства.
Не менее актуальным, становится вопрос политизации определённых специфических религиозных вопросов, таких как ношение религиозной атрибутики, отправление культовых обрядов, организации паломничества[1] среди неправительственных правозащитных, международных организаций и политических партий.[2]
Впервые вслед за Республикой Таджикистан, общественность Кыргызской Республики столкнулась с проблемой разводов через мобильные СМС сообщения в семьях трудовых мигрантов. Чаще всего инициатором развода становиться мужская половина, занятая трудовой деятельностью в России.[3] Насколько такой способ развода приемлем для нашего населения и отечественного законодательства, сейчас решают депутаты Жогорку Кенеша КР.
Вопросы образования в религиозных организациях вызывают обеспокоенность не только среди экспертов и религиоведов, но и среди депутатов Жогорку Кенеша КР, которые обеспокоены его качеством и перспективами трудоустройства выпускников религиозных учебных заведений после окончания учёбы.[4]
Другой не менее важной тенденцией, проявившей себя в условиях политических процессов происходящих внутри страны, стало намерение некоторых политиков и бизнесменов «занять свободную нишу», создав в Кыргызстане политическую партию исламского толка и затем по партийным спискам попасть в новый парламент. По словам инициаторов этой идеи, они уже имеют контакты с коллегами из Турции и ОАЭ. Необходимо отметить, что в настоящее время носителями такой идеи становятся все больше верующих, которые стремятся войти в политическое пространство государства, не меняя светского режима и конституционного строя. По их утверждениям, это может быть светская партия, в котором будут только активные верующие.[5]
Бурная отрицательная реакция мусульман страны и исламских общественных объединений на выход провокационного фильма «Невинность мусульман», было поддержано усилиями ряда депутатов Жогорку Кенеша КР. Превентивные меры, как со стороны мусульманской общественности, так и со стороны депутатов Жогорку Кенеша КР позволили избежать негативных последствий.[6]
Религиозная сфера в Кыргызстане подвержена влиянию внешних религиозно-политических (исламских и христианских) трендов. В КР они выделяются по масштабу влияния и степени регионального обхвата:
Во-первых, набирает обороты религиозно-политический проект «салафийа ас салихун», который делится в свою очередь на три группировки: (1) «салафийа аль насия»; (2) «салафийа иждихадийа»; «Салафийа джихадийа»;
Во-вторых, происходят попытки «евангелизации» коренного населения страны и превращение его в христиан протестантов. Протестантские организации активно лоббируют новый законопроект, по которому возможность регистрации будет дана и более мелким протестантским организациям;
В-третьих, наблюдается активность верующей молодёжи окончившей исламские зарубежные вузы Турции, Иордании, Ливии, Сирии, Египта, которые порой не востребованы в духовной сфере страны;
В-четвертых, активизация движения «даватчи» - т.н. «Таблиги джамаат вызывает вопросы, как со стороны силовых структур, так и со стороны простого населения.
Отмеченные тренды в религиозной сфере малоизучены. Государственные структуры и политические деятели, не могут однозначно ответить какие дальнейшие сценарии могут возникнуть в отношении страны и её безопасности. Кыргызстан превращается в площадку, где сталкиваются интересы указанных трендов, которые впоследствии могут привести или к формату сосуществования «религиозного многообразия» при условии активного сотрудничества государства и гражданского общества, или дестабилизации ситуации внутри страны и появления нового политического режима.
Вместе с тем, с 2010 года в Кыргызской Республике актуализируется проблема межэтнических отношений, которые с одной стороны становятся политическим инструментом в руках политических деятелей, а с другой стороны проблемы межэтнических отношений стали затрагивать и другие сферы общественной жизни, такие как религиозная сфера.
Религиозная принадлежность к той или иной организации становится главным аргументом при самоидентификации гражданина в различной социальной среде. Появляется альтернативная социальная среда, где религиозная идентичность становится приоритетным, а её традиции и обычаи повседневными. Религиозные традиции, обычаи и нормы идут в разрез с этническими традициями и обычаями (свадьбы, «юбилейные тои», похороны). Религиозные нормы отчасти выступают против излишеств и больших затрат. Религиозные нормы стали культивироваться и в семейных отношениях.
Но вместе с тем, анализ ситуации показывает, что большинство населения в первую очередь, идентифицируют себя как представителя той или иной этнической группы, и только потом воспринимают себя в качестве верующего. К подобному выводу пришли и исследователи аналитического центра «Религия, право политика », во главе с известным экспертом К. Маликовым.[7] В большинстве случаев, этнической идентификацией с религиозным уклоном охвачены маргинальные слои молодёжи.
Однако, часть верующих убеждена, что представители таких этнических групп как кыргызы, узбеки, дунгане, курды, уйгуры, турки не должны быть в числе верующих христиан-протестантов. По их мнению, исторически сложилось так, что указанные этнические группы должны оставаться и быть мусульманами. Поэтому в настоящее время культивируется другая терминология - «мусульманские этнические группы» в качестве приверженцев традиционного ислама, и определение «христианские этнические группы» (русские, украинцы, белорусы, и т.д.) идентифицирующие себя с Христианством (Русской Православной Церковью, Католической Церковью), которые в свою очередь относятся с недоверием к определённым протестантским христианским организациям.
Своеобразной площадкой, где возникает новый тип социально-религиозной среды, являются протестантские организации, которые с одной стороны пытаются вовлечь в свою паству людей любой этнической группы, а с другой стороны, расширить своё влияние и среди верующих других конфессий.
К числу инновационных исламских организаций можно отнести и «Таблиги джамаат», которая стремиться завлечь в число мусульман представителей других этнических групп (например, русскоязычное население). Для подобной организации не существует понимания этнической принадлежности, но есть особая религиозная (мусульманская/христианская) идентичность верующего. Очевидно, что именно религиозные организации подобного рода формируют вокруг себя своеобразную социальную среду, адаптированную под современную социально-экономическую реальность.
В связи со спецификой развития регионов страны и расселением населения в моноэтнические зоны с 90-х годов прошлого столетия среди экспертного сообщества появилась и другая терминология – «сегрегация внутри религиозных групп по этническому признаку». В местах компактного проживания той или иной этнической группы появляются свои религиозные организации: мечети/молельные дома в кыргызских, дунганских, узбекских, уйгурских, курдских, тюркских, русскоязычных сёлах, кварталах, поселениях. Особенность этно-религиозной организации заключается в том, что у каждой этнической группы формируется своё собственное представление об отправлении религиозных обрядов синтезирующееся с этническими традициями и обычаями. В связи с этим, в местах компактного проживания той или иной этнической группы, наблюдается своеобразное традиционное представление о религии, несколько отличающееся от норм самой религии. А, в случае конфликта с другой религиозной группой, верующие, идентифицируя себя с этносом, вступают, по сути, в межэтнические, а не в религиозные противоречия.[8]
В Кыргызской Республики на протяжении длительного периода сложились определённые религиозно-этнические стереотипы[9], которые в свою очередь негативно отражаются на настроении населения. Одним из наиболее острых вопросов является ношение религиозной атрибутики (одежда «хиджаб» у женщин, «суннот» - верхняя одежда у мужчин) в общественных местах (Закон КР «О свободе вероисповедания и религиозных организациях» не запрещает ношение религиозного одеяния в общественных местах, школах, университетах).
Другим религиозно-этническим стереотипом выступает вопрос, о том, что определённая этническая группа (узбеки, уйгуры, кавказцы) считается носителем радикальных, экстремистских, террористических идей.[10]
Таким образом, основными проблемными составляющими в религиозной сфере страны выступают следующие вопросы: во-первых, отождествление религиозной и этнической принадлежности; во-вторых, сегрегация внутри религиозных групп по этническому признаку; в-третьих, религиозно-этнические стереотипы; в-четвертых, религиозно-этническая идентификация. Но подобные проблемные вопросы представляют всего лишь основу одной из главных проблем государственно-религиозных отношений. Взаимодействие государства и религии должно выйти на новый качественный уровень, при котором должен быть установлен формат партнёрских отношений и выработаны механизмы взаимодействия трёх активных заинтересованных сторон: государственной власти, религиозных организаций и гражданского сектора.
В перспективе, очевидно, следует признать, что религиозные и межэтнические конфликты не будут отделены друг от друга, а наличие различных типов отправления культов и этнических противоречий, религиозно-этнические конфликты сулят стать серьёзным источником насилия. Необходимо выработать отечественную модель государственно-религиозных отношений, провести ревизию всех нормативно-правовых актов по религиозной сфере, и привести в соответствие понятийный научный аппарат по религиозной тематике для лиц принимающих решения.
[1] В парламенте Кыргызстана создана депутатская комиссия по расследованию ситуации с проведением хаджа // http://www.24kg.org/community/139544-v-saudovskoj-aravii-umer-palomnik-iz-kyrgyzstana.html
[2] Дискуссии в обществе по поводу открытия «намазкана» в здании парламента КР
[3] Бактыбаев З. СМС развод» (талак) дошёл и до кыргызских мигрантов// http://www.gezitter.org/society/16052_sms_razvod_talak_doshel_i_do_kyirgyizskih_migrantov/
[4] Осмоналиев К. В Кыргызстане в некоторых медресе детей обучают в шиитском направлении и ведут политику «Таблик жамааты»// http://www.24kg.org/community/137866-pervaya-gruppa-palomnikov-iz-kyrgyzstana.html; Он же. Кыргызстан превратился в испытательный полигон для различных религиозных организаций// URL: http://www.24kg.org/parlament/137744-kanybek-osmonaliev-v-kyrgyzstane-v-nekotoryx.html
[5] Маликов К. Роль религиозного фактора в Кыргызстане. Основные выводы и тенденции// http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1184131620
[6] Депутат Турсунбай Бакир уулу будет добиваться запрета фильма «Невинность мусульман» в Кыргызстане// http://www.kp.ru/online/news/1249679/
[7] Маликов К., Усубалиев Э. Мусульманская община Кыргызстана и политический процесс в стране: подходы к гармонизации отношений между государством и религией. – Б.: 2009. – 230 с.
[8] Усубалиев Э. Сравнительное исследование взаимоотношений между христианскими и мусульманскими сообществами в Центральной Азии и на Балканах// www.analitika.org
[9] Мусульманки Киргизии ломают стереотипы о хиджабе // www.islamnews.ru/news-130091.html
[10] К примеру, после известных трагических событий 2010 года в СМИ появилась информация о том, что пострадавшая узбекская молодёжь из г. Ош ушла в подполье и готовиться к террористическим актам на территории Афганистана. В дальнейшем данная информация не подтвердилась.
08.10.2013
Источник: Время Востока, easttime.ru