Терроризм и террористы. Справочник

Лейла Халед - террористка, член Народного Фронта Освобождения Палестины (НФОП). В 1968 году руководила первым угоном американского самолета, предпринятым палестинцами. Совершила попытку захвата израильского самолета рейса Тель-Авив – Амстердам – Лондон в 1970 году.

Террористки были всегда, начиная с древних времен. В Библии написано о прабабушке царя Давида, Руфи, которая, пробравшись в лагерь неприятеля, убила их предводителя. Женщина, замахивающаяся кинжалом на вельможу, изображена на древнеегипетских фресках. Многочисленные народницы и эсерки покушались на царских сатрапов. Софья Перовская организовала удачное покушение на российского самодержца Александра II, скромная учительница гимназии Вера Засулич стреляла в петербургского градоначальника Ф. Трепова, Мария Спиридонова убила тамбовского чиновника Г. Луженовского. В середине 1950-х годов в Алжире на французское население наводили ужас «девочки Ясера». Эти студентки из приличных семей без угрызений совести подкладывали бомбы в людных местах. Только за один день, 30 сентября 1956 года, эти невинные создания взорвали сразу несколько кафе в столице Алжира. А лозунг итальянской террористки Сильвии Баральдини «Ударь одного, чтобы научить сотню», подхватили ее единомышленники из «Красных бригад». Они потрошили кассы, объявили войну средствам массовой информации, покушались на редакторов газет и прокуроров. В результате с 1971 по 1980 год погибли 15 человек.

«Прославились» и террористки из печально известной западногерманской фракции «Красной армии» («РАФ»), на 80 % состоящей из женщин. Начиная с 1970 года они почти 30 лет держали в страхе всю Германию, а затем и Европу. Экстремисты грабили банки и магазины, нападали на чиновников, похищали банкиров и предпринимателей, взрывали бомбы на американских военных базах. Особой жестокостью и дерзостью отличались Гудрун Эннслин, которая являлась одной из создательниц РАФ. В ее предках числится сам Гегель, девушку с ранних лет занимала идея переустройства мира. Для этого она оставила мужа и ребенка, организовала побег из тюрьмы своего дружка Андреаса Баадера. Не отставала от нее и ведущий теоретик терроризма 1970–1980-х годов журналистка Ульрика Майнхоф, бросившая ради «правого» дела мужа и двоих детей. Она покончила жизнь самоубийством в возрасте 42 лет. Среди активистов экстремистской Фракции – Петра Шельм и Ирмгард Меллер, отсидевшая в тюрьме 22 года, и Биргит Хогефельд, отбывающая наказание за террор.

У РАФ были продолжатели в Стране восходящего солнца, где Фусако Шигенобу создала Японскую красную армию (ЯКА). Она тоже мечтала о мировой революции. Ради этого Фусако со своими боевиками похищала детей и политиков, захватывала самолеты и отели, грабила банки и супермаркеты. Список женщин-террористок можно продолжать. Одна из них – героиня этого очерка.

Лейла Халед родилась в 1943 году в Хайфе (Израиль) в бедной арабской семье. Детство и юность она провела в лагерях палестинских беженцев в Ливане, познав все тяготы и лишения такой жизни. Потом юная Лейла вступила в ряды борцов за освобождение родной земли от оккуппантов и вскоре в автоматическом оружии разбиралась не хуже бывалых воинов. Как водилось в те времена, в качестве награды за верность правому делу борьбы с мировой буржуазией Кремль пригласил ее получить высшее образование в СССР. Московские преподаватели вспоминали потом, что перед этой умной, энергичной и обворожительной красавицей пасовали все арабские студенты. Заканчивала учебу молодая палестинка на журналистском отделении филологического факультета МГУ им. Ломоносова.

Вернувшись на родину, выпускница университета снова включилась в борьбу с Израилем как член Народного Фронта Освобождения Палестины (НФОП). «Перу этой боевой журналистки» принадлежала организация и захват пассажирского лайнера, совершавшего полет из Рима в Тель-Авив. 23 июня 1968 года в аэропорту столицы Греции Афины боевикам во главе с 25-летней Лейлой Халед удалось захватить «Боинг-707» израильской компании «Эль-Аль». Террористы заставили экипаж воздушного судна лететь в столицу Сирии Дамаск и потребовали от Тель-Авива освободить палестинских активистов, содержавшихся в израильских тюрьмах, и двух взятых в плен сирийских военных летчиков. Тогдашнее правительство Израиля пошло на уступки, после чего все заложники были отпущены, но аэробус пираты взорвали. Угон привлек внимание мировой общественности к проблемам палестинских беженцев, прославил красавицу-экстремистку и вдохновил ее на новые подвиги.

В СССР среди воздушных пиратов тоже встречались представительницы слабого пола. 3 июня 1969 года во время рейса Ленинград – Таллин впервые в Советском Союзе в угоне самолета (ИЛ-14) участвовала женщина, действовавшая с двумя сообщниками. 8 марта 1988 года многодетная мать руководила своими детьми, (семья Овечкиных состояла из 11 чел.) захватившими самолет ТУ-154 с пассажирами рейса Иркутск – Курган – Ленинград. 4 июля 1990 года некая Маевская попыталась в одиночку угнать ТУ-134 на линии Сочи – Ростов. 20 февраля 1993 года жена Тамерлана Мусаева, Марина, с семимесячной дочкой на руках помогала мужу в захвате и угоне в Стокгольм ТУ-134, следовавшего по маршруту Тюмень– Санкт-Петербург. Правда, в отличие от палестинских террористов, советские угонщики хотели просто выехать из коммунистического «рая» на жительство в страны «загнивающего Запада».

Но вернемся к ставшей легендарной Лейле. Она чуть не погибла, когда гостила у доктора Вади Хадада – одного из руководителей Народного Фронта Освобождения Палестины. Это он нашел красотку и обучил ее террористическому мастерству. 11 июля 1970 года ночью в его доме в Бейруте раздался взрыв. Из соседней многоэтажки были выпущены шесть реактивных снарядов советского производства. Три из них попали в гостиную и спальню, две не взорвались. В доме начался пожар. Хозяин жилища чудом спасся от смерти и был только легко ранен. Его жена и восьмилетний сын получили ожоги. Доктор Хадад, считающийся основателем Арабского националистического движения, которое после Шестидневной войны в 1967 году превратилось в НФОП, обвинил в покушении на убийство израильские и американские спецслужбы. Обаятельный и красивый, он во все свои операции обязательно включал женщин, в том числе своих любовниц. В самой первой акции при попытке убить Бен-Гуриона во время его кратковременной остановки в Дании принимала участие художница Муна Сауди. Потом была неотразимая журналистка Лейла Халед, после нее – очаровательная Кати Томас из Ирака.

Хадад использовал похищение самолетов для финансирования террористической деятельности палестинцев. Скажем, в феврале 1972 года цена освобождения заложников угнанного в Аден аэробуса авиакомпании «Люфтганза» составила 5 млн долларов. В июле 1973 года боевики, руководимые женщиной, похитили японский самолет и потребовали 15 млн долларов. На сентябрь 1970 года Вади Хадад планировал захват сразу четырех авиалайнеров. Но на сей раз Лейлу Халед и никарагуанского сандиниста Патрика Аргуэльо постигла неудача при угоне самолета израильской компании. Аэробус выполнял рейс из Тель-Авива в Нью-Йорк через Амстердам. Шестого сентября 1970 года в столице Нидерландов Лейла сумела пронести гранаты и оружие в самолет через посты службы безопасности. К тому времени она сделала несколько пластических операций и ее не смогли узнать. Бесстрашная палестинка и ее сообщник, изображая супружескую пару, поднялись на борт воздушного судна. Когда самолет приблизился к побережью туманного Альбиона, «супруги» вскочили со своих мест и, пригрозив пассажирам оружием, ринулись к кабине пилотов. Но тут летчики пошли на снижение, сделали крутой вираж и пираты упали. Сотрудники израильских спецслужб, летевшие этим же рейсом, смертельно ранили Аргуэльо. Он бросил гранату, которая, к счастью, не взорвалась. Халед не успела (или не захотела) воспользоваться гранатами, которые были спрятаны в бюстгальтере: ее схватили мужчины-пассажиры и жестоко избили. По другой версии, экстремистку обезвредили и заковали в наручники те же агенты службы безопасности. Когда авиалайнер приземлился в аэропорту Хитроу, отчаянная террористка стала предметом жаркого спора между израильской службой безопасности и лондонской полицией – каждая сторона считала, что именно она имеет юридические основания на задержание Халед. В конечном счете израильтяне уступили, и воздушная пиратка осталась в Англии. Позже она стала причиной чуть ли не политического кризиса.

Вторая группа террористов успешно захватила «Боинг-747» в столице Объединенной Арабской республики (Египт) Каире. Кроме того, швейцарский и немецкий угнанные самолеты приземлились в Иордании. В честь этих захватов палестинцы переименовали взлетную полосу Доусонз филд в «Летную полосу Революции». В открытом заявлении НФОП назвал эти теракты первыми ударами «за американский заговор, целью которого была ликвидация проблемы палестинских беженцев руками Израиля».

«Народный фронт» затем потребовал от швейцарского и западногерманского правительств выпустить осужденных палестинских террористов, заключенных в тюрьмы этих стран, а от английского – освободить Лейлу Халед.

Германия и Швейцария выполнили условия, а Британия – нет. Тогда 9 сентября арабы захватили в Бейруте еще один аэробус с пассажирами на борту, летевший рейсом Бомбей – Лондон, и предъявили англичанам ультиматум. Другие группы боевиков Фронта совершили несколько нападений на подразделения иорданских войск, грозили государственным переворотом королю Хусейну. Тель-Авив требовал от Британии не идти на уступки. В Лондоне думали, прежде всего, о заложниках и начали секретные переговоры с террористами. 13 сентября было официально объявлено, что пассажиров обменяют на Халед. Через много лет стало известно, что сделано это было не только ради заложников, но и для того, чтобы оставить у власти короля Иордании Хусейна – тот неоднократно просил помощи у Англии и Соединенных Штатов. Ведь боевые отряды палестинцев, подстрекаемые из Сирии, уже были у самых границ его королевства и готовились к свержению законной власти. Обмен произошел, и Израиль, известный своим непримиримым отношением к террористам, вынужден был согласиться. В заключение экстремисты взорвали три самолета в иорданском аэропорту после того, как выпустили пассажиров.

Халед и после выхода на свободу руководила действиями боевиков, но непосредственно в боях участия не принимала. Она долгое время воспринималась как один из символов палестинского террора, а для арабов стала национальной героиней, образцом стойкости и преданности общему делу освобождения страны от иностранной оккупации. Ее имя не сходило с полос многих газет мира. Даже и сейчас некоторые палестинские девушки берегут ее фото как святыню и мечтают стать такой же пламенной революционеркой, как она.

Бесстрашная Лейла вышла замуж, родила двух сыновей (один из них позже прошел соответствующее обучение и стал ее телохранителем). В интервью журналистам она охотно рассказывала: «Я не испытываю никаких сожалений по поводу того, что совершила, поскольку это был не только мой субъективный выбор. Это был выбор, основанный на программе сопротивления нашему врагу. Нам приходилось защищаться, хотя мы вовсе не радовались, когда узнавали о новых жертвах. Все мы надеемся дожить до того момента, когда арабы и евреи смогут жить вместе, забыв о прежних обидах и мести».

Госпожа Халед теперь негативно относится к нынешним воздушным пиратам своей страны. По ее мнению, сейчас другое время, а в 1970-х годах в мире почти не знали про палестинских беженцев, поэтому и стоило именно таким радикальным методом привлекать внимание к этой проблеме. Сегодня она говорит, что подобные акции только вредят арабам и их имиджу. Террористкой она себя не считает. «Я полагаю, что настоящие террористы – это те, кто берет заложников ради выкупа, уничтожает лидеров без каких-либо политических оснований или убивает невинных людей. Когда мы в 1960–1970-х годах устраивали угоны авиалайнеров, то делали все возможное для того, чтобы обеспечить безопасность пассажиров и членов экипажей». «Мы жертвы израильского насилия, – продолжает госпожа Халед. – Израиль оккупирует наши исконные земли – с моей точки зрения, это самый настоящий терроризм. Вот почему нам приходится защищаться всеми силами. Убеждена, что насилие иногда является вполне оправданным средством борьбы. Непримиримые израильские поселенцы на Западном берегу р. Иордан, военнослужащие израильской армии и ключевые политические фигуры израильской системы – это вполне допустимые мишени для атак активистов НФОП». Халед Лейла признает за Израилем право на существование, но в строго определенных границах. Она считает, что столицей будущего Палестинского государства должен стать Восточный Иерусалим. По ее мнению, вторая Интифада и вторжения израильских войск на Западный берег только способствовали сплочению палестинцев. «Все фракции и организации, в прошлом враждовавшие друг с другом, теперь объединились ради общего дела. Пока идет борьба с Израилем, наше единство – главное оружие. Сейчас мы все в одном окопе».

Арабские экстремисты ближе к концу 1990-х годов прекратили теракты на воздушных трассах, и даже поступали сообщения, что руководство Фронта вот-вот объявит о полном отказе от использования насилия. Однако потом представители израильских спецслужб начали заявлять, что, по имеющимся у них данным, палестинцы вновь начали планировать теракты. А после убийства израильского министра туризма Рехавама Зеэви 17 октября 2001 года власти Палестинской Автономии решились запретить деятельность военного крыла НФОП на подвластной им территории. Убийство Зеэви, который постоянно ратовал за изгнание всех арабов с Западного берега и из сектора Газа, произошло спустя два месяца после того как израильским спецслужбам удалось убить генерального секретаря Народного Фронта Мустафу Зибри. По словам министра транспорта Израиля Эфраима Шеха, именно Зибри вновь превратил НФОП в очень активную и зловещую террористическую организацию. Госпожа Халед считает, что во взрывоопасной атмосфере Ближнего Востока физическое уничтожение министра туризма – это шаг трагический, но неизбежный. «Мы не любим насилие, но должны были как-то отомстить за убийство нашего лидера. В противном случае палестинский народ нас просто бы не понял», – сказала по этому поводу бывшая террористка. Она отрицательно относится к боевикам-камикадзе, лишающим жизни мирных граждан, особенно плохо, когда на это идут женщины, бывшие матери или еще не ставшие таковыми. Их грех самоубийства по сравнению с мужчиной удесятеряется, ибо, идя на смерть, они лишают милосердия и милости Всевышнего не только себя, но и всех своих родившихся и еще не родившихся детей.

Для вербовки смертниц часто используются особенности их психики. Например, палестинцы привлекают для этого тех женщин, которые пережили потерю или уход любимого мужа и жениха. Впадая в депрессию, они готовы жертвовать собой, мстить, желают прекратить душевную муку и даже уйти в небытие. А на миру, как говорится, и смерть красна. Вот некоторые примеры, когда несчастная любовь толкала девушек и женщин на самоубийство посредством терактов.

27 января 2002 года Вафа Ибрис из лагеря беженцев аль-Амари подорвала себя в толпе ничего не подозревающих израильтян на улице Яффо в Иерусалиме. В результате взрыва один человек погиб и свыше 90 получили ранения. Посол Саудовской Аравии в Лондоне опубликовал в различных арабских изданиях хвалебный гимн в память «сияющей красавицы Ваффы». Поэтизация образа террористки сделала свое черное дело. 29 марта 2002 года 18-летняя Айят аль-Ахрас из лагеря беженцев ад-Дахшийа совершила операцию самопожертвования в супермаркете в квартале еврейских поселенцев в Западном Иерусалиме. Погибли два и получили ранения 22 человека. А вот мать двух малолетних детей, палестинка Рим Салах Рейши, которая 14 января 2003 года подорвала себя на КПП Эрез на границе Израиля с сектором Газа, пошла в смертницы не по своей воле. Совершить теракт (в котором, кроме нее, погибли четыре человека) ее отправили супруг и любовник. Муж 21-летней женщины был активистом группировки ХАМАС, взявшей на себя ответственность за взрыв. Он сумел доказать своей неверной жене, что во имя спасения чести семьи необходимо взорвать себя вместе с израильскими солдатами. Нежный любовник снабдил соблазненную им женщину «поясом шахида» со взрывчаткой, а родной супруг проводил свою дражайшую половину до КПП.

20-летняя студентка из университета Бейт-Лехем, Арин Ахмед, решила стать камикадзе, когда ей сказали, что ее любимый парень погиб в бою с израильтянами. Она хотела отомстить и предложила свои услуги так называемым «координаторам смерти» из «Танзима» – военизированной милиции, входящей в ФАТХ, которой руководит Ясир Арафат. Однако вскоре Арин узнала, что на самом деле парень погиб от неосторожного обращения со взрывчаткой. Умирать ей перехотелось. Но не тут-то было. «Координаторы» начали ее преследовать и угрожать. У отступницы не было другого выхода, как бежать и сдаться израильским властям. Похожая судьба и у 28-летней Шифы аль-Кураси. От нее ушел муж. Для женщин, воспитанных в ортодоксальных мусульманских семьях, – это страшный позор. От нее отвернулись даже близкие родственники. У Ширы не было средств содержать ребенка, и она подумывала о смерти. На нее тоже обратили внимание «добрые дяди-вербовщики». Но потом палестинка передумала уходить на тот свет и сбежала из-под опеки «доброжелателей» в Израиль.

Женские «батальоны смерти» присутствуют и в «Исламском джихаде», «Хезболлахе», ХАМАСе и других террористических организациях. На территории Палестинской автономии есть и так называемое «Женское участие в исламском движении», которым руководит Джамалия Шанти, известная как «первостатейная палестинская феминистка».

Спецслужбам Израиля известны попытки «координаторов» завербовать молодых русских женщин, вышедших в свое время замуж за палестинцев, а затем расторгнувших брак. Они находятся в состоянии стресса, ведь согласно законам шариата дети от подобных браков остаются с отцами. Несчастные матери не могут выехать за пределы автономии, так как в их положении это означало бы лишиться общения со своими детьми навсегда. И тем не менее в смертницы русские жены пока не записывались.

А как поживает наша героиня? Бывшая революционерка-террористка Лейла Халед обитает в столице Сирии Дамаске (по другим данным – в столице Иордании Аммане), ведет сравнительно тихую жизнь, пишет мемуары. Легендарная угонщица авиалайнеров до сих пор является активисткой НФОП и входит в число руководителей Палестинского Национального Совета. Кроме того, она руководит сбором пожертвований среди палестинских семей в Иордании в пользу палестинцев на Западном берегу и в секторе Газа. Мать двоих детей, жена врача-физиотерапевта говорит, что не испытывает опасений за себя и за судьбу своих близких. По ее данным, Тель-Авив заключил «джентльменское соглашение» с Амманом, что спецслужбы Израиля не станут причинять вред палестинским лидерам, проживающим в Иордании. Те, кто лично знаком с ней, не удивляются спартанской простоте обстановки в ее кабинете и двум картинам на стенах. На одной – карта Палестины, где в свое время у семьи Халед был собственный дом в Хайфе. На другой – большой портрет легендарного кубинского революционера 1960-х годов Че Гевары, которого Лейла Халед считает своим политическим кумиром.

 

 

Александр Ильченко, Илья Вагман, Станислава Евминова

 


get('twitter')) == 1) { ?>