Премьер-министр Армении Никол Пашинян пытается нивелировать усилившийся на фоне обострения в Нагорном Карабахе внутриэлитный раскол. Об этом свидетельствует его обращение к нации. Продолжающееся отступление по ряду направлений и рост потерь поляризовали высшие эшелоны власти в республике по принципу геополитической ориентации и поставили под угрозу привычную конфигурацию сил. Это вынуждает премьера более интенсивно использовать тему иностранного воздействия на ход конфликта.

Довольно красноречивым для ситуации вокруг Карабаха стало выступление Пашиняна перед нацией, в ходе которого глава правительства фактически попытался сместить акцент с военного измерения на внутриполитическое, заявив о необходимости национального единства. К такой риторике его подталкивает не только логика ухудшающейся ситуации «на земле», но и, вероятно, расстановка сил внутри элит. Не случайно на пике военной эскалации в Нагорном Карабахе глава армянского правительства был вынужден отправить в отставку главу Совета национальной безопасности (СНБ) Аргишти Карамяна, которого можно назвать назначенцем самого Пашиняна. Хотя приход этого человека на должность стал катализатором споров: оппозицию удивил слишком быстрый карьерный скачок предположительно прозападного политика.

Карамян – не единственный в армянской политической элите, кому можно предъявить условный «западоцентризм». Это справедливо и в отношении бывшего координатора избирательных программ организации Transparency International Армена Григоряна, который возглавил СНБ, а также бывшего лидера проамериканской партии «Наследие» Давида Санасаряна, который руководит Государственной контрольной службой. Кроме того, по данным местной прессы, брат начальника Специальной следственной службы Армении Сасун Хачатрян занимает пост председателя совета правления «Фонда Сороса», а министр юстиции Рустам Бадасян считается фигурой, близкой к Ларисе Минасян, главе армянского отделения этого фонда.

Совсем не исключено, что эти события приведут к оформлению условно пророссийского лагеря, к которому присоединяются и оппозиционеры, и бывшие представители истеблишмента, как например, экс-президент Роберт Кочарян или смещенный в результате «бархатной революции» 2018 года Серж Саргсян. Вероятно, в Москве чувствуют эту тенденцию. Не случайно посол России в Ереване Сергей Копыркин провел переговоры как с Саргсяном, так и с Кочаряном – человеком, который опередил действующего премьера в намерении поехать на фронт и тем самым увеличил свой вес среди военных. Местные источники подтверждают: последние события усилили создание промосковского лагеря в Ереване, и Пашинян пытается притормозить этот процесс разговорами о единстве, уложив ситуацию в простую формулу «свои – чужие».

В это видение мира отчасти укладываются и тезисы о растущей интернационализации конфликта. Правда, попытки убедить мировое сообщество в том, что на территории Карабаха действуют турецкий спецназ, турецкая авиация и сирийские наемники пока что выглядят слабо. Так, представитель Минобороны Армении Арцрун Ованнисян заявил, что «часть тел уничтоженных террористов вывозится в Сирию, часть из них остается, например, в болотах Аракса, которые могут быть съедены кабанами». В то же время сами власти Нагорно-Карабахской республики (НКР) приняли закон, разрешающий привлекать на фронт добровольцев со всех стран мира. Известно, что такие организации, как VOMA Center открыто ведут вербовку граждан США, Франции и даже РФ из числа армянской диаспоры. И это несмотря на то, что в России подобные действия подпадают под статью 208 УК РФ со сроком лишения свободы до 15 лет.

Тем не менее, в Карабахе продолжают искать признаки присутствия внешних сил. Так, в НКР заявили о «китайском» следе. По словам помощника президента НКР по внешним вопросам Давида Бабаяна, в Азербайджане присутствуют уйгурские радикалы.

Впрочем, в плане военной экзотики есть что предъявить и Еревану. В августе появились данные о прибытии в Армению наемников из Рабочей партии Курдистана (РПК), а 28 сентября, на следующий день после военной эскалации, депутат от езидской общины Рустам Бакоян заявил о создании местным сообществом национального отряда для защиты Карабаха. Не исключено, что подобная инициативность имела цель, и небольшая курдская езидская община Армении может оказаться ширмой для переброски Карабах леворадикалов из РПК.

Можно понять авторов гипотезы о том, что посредством нового обострения в Карабахе Пашинян пытается отвлечь внимание от внутренних проблем, усугубившихся в связи с пандемией. ВПК Армении на фоне эскалации перешел на круглосуточную работу. Поступления по налогу на прибыль уменьшились на 41,4%. Тенденцию на значительное падение показало и поступление зарубежных денежных переводов: за семь месяцев их объем сократился на 15,3% и достиг уровня в 893,3 млн долл., а переводы из России упали на 28,2%. Затраты на войну растут, а сама военная тактика Еревана себя, похоже, не окупила. Прорыв Вооруженными силами Азербайджана обороны НКР только усугубило ситуацию.  

Комплекс факторов загоняет Пашиняна в угол и вынуждает его инициировать реальный, а не показательный диалог. Впрочем, пока не исключено, что премьер может не согласиться с таким сценарием: двухэтапная сдача семи районов, которые признаются международным сообществом оккупированными территориями, заставит главу правительства потерять последний внутриполитический капитал. А это приведет к непредсказуемым последствиям.

Георгий Бондарев

16.10.2020

Источник:  НГ


get('twitter')) == 1) { ?>